Книга Между любовью и ненавистью, страница 136 – Шейн Роуз

— Если вопросов нет, у меня для вас приготовлен приятный сюрприз. Доминик позаботился о том, чтобы нам организовали ланч, включая и десерт.

После объявления в зал вошли официанты в бело-черной униформе (кто бы сомневался), держа серебряные подносы с едой. На подносах были разложены небольшие бутерброды: на слоеных булочках в форме полумесяца лежала ароматная травяная намазка, а под ней скрывались либо яйцо с ветчиной, либо вегетарианский вариант начинки.

Поданные блюда приковали мой взгляд, а щеки залились румянцем. Палома покосилась на меня, пока остальные накинулись на угощение и бормотали Доминику слова благодарности. Никто не задавался вопросом, откуда взялась эта еда, но я сразу догадалась, что заказ был доставлен из маленького ресторана неподалеку. Похоже, она уловила мое раздражение, поскольку схватила меня за руку, прикусила щеку и, безмолвно извинившись, откусила слегка остывший кусок.

Могла ли я позволить себе откровенную бестактность и отказаться от еды? Он распорядился накормить своих сотрудников, а когда мы закончили с ланчем, нам подали брауни из соседней пекарни.

Брауни, который я могла бы приготовить сама. Это была бы прекрасная возможность продемонстрировать Валентино и другим владельцам ресторанов, что мои десерты достойны места в их меню.

Однако он предпочел обратиться в постороннюю пекарню, к которой не испытывал ни малейшего интереса. И я жила с этим мужчиной.

И собиралась заняться с ним сексом в коридоре.

В обычных обстоятельствах я бы с удовольствием попробовала блюдо с таким восхитительным ароматом, но сейчас меня одолевало одно желание – размазать десерт по его лицу.

Переведя на него взор, я обнаружила, что мужчина был поглощен своим идиотским телефоном, откусывая кусочек брауни, который должна была приготовить я.

Я тяжело вздохнула и вновь уставилась на еду. Ароматы карамели и шоколада витали в воздухе. Первый же кусочек заставил меня с трудом сдержать непроизвольный стон удовольствия. В этот момент телефон завибрировал на столе, и я схватила его.

Доминик:

Если не прекратишь так облизывать губы на моем совещании, у тебя возникнут неприятности, маленькая бунтарка.

Я прищурилась. Разве он не понимает, насколько я зла? Пусть мне и нравится этот десерт.

Я:

Почему? Я не делаю ничего плохого.

Доминик:

Верно, но если трое моих подчиненных будут наблюдать за тем, как ты ешь, это выйдет им боком. Так что остановись.

Я:

Ты сам распорядился доставить еду, а не я. Если бы я выбирала, то знала бы наверняка, к кому лучше обратиться.

Доминик:

Ты злишься, потому что я не заказал у тебя?

Не удостоив его ответом, я откусила большой кусок, а потом нарочито облизнула пальцы, добавив стон для пущего эффекта. Сидевший рядом Валентино поерзал на стуле и наклонился, чтобы шепнуть:

— Еда на вкус потрясающая, да?

Признаться, я не ожидала, что кто-то правда наблюдает, но рассмеялась и смущенно кивнула, поспешно отложив брауни в сторону. В действительности же моей единственной целью было вывести Доминика из себя.

Доминик:

Видишь? Эти стоны предназначены только для меня. Забудь про мой кабинет. Останешься здесь, когда совещание закончится.

Я:

Не лучшая идея. Не думаю, что смогу находиться с тобой в одной комнате после того, как ты столь бесцеремонно заказал еду у другого пекаря. Возможно, я прикажу тебе встать на колени в качестве извинений.