Книга Обуздать любовь, страница 7 – Ольга Персиянова

«Странно, – подумала я. – Зачем так рано собираются? Или Елена Михайловна перенесла им время?» Но вопросы пришлось оставить при себе, чтобы не получить ещё один жёсткий ответ.

Возвращаясь со Страдивари из мойки после всех процедур, я встретилась глазами с Летс Гоу и обомлела: начищенный до блеска, в лучшей амуниции, он стоял, гордо подняв голову, и рассматривал остальных с высоты своего роста. Столько стати, грациозности, достоинства! Я не смогла удержаться и восторженно пролепетала:

— Какой же красивый…

Из-за коня показался Ярослав. Он закатил глаза и проворчал:

— Красивый, красивый. Все комплименты всегда только ему.

Я смутилась и быстро скрылась в деннике Страдивари. Изнутри меня буквально разрывало от несправедливости: такому высокомерному грубияну досталось настоящее сокровище! Удаляющийся цокот подков по брусчатому полу возвестил о том, что Ярослав наконец ушёл на тренировку.

Я вышла в проход и огляделась. Дорога до манежа теперь казалась бесконечной. Я едва переставляла ноги и всё же шла, чтобы уточнить у тренера, нет ли сегодня лошади, которую нужно поработать. Крошечная надежда на то, что мне удастся сесть в седло, словно звёздочка, мерцала в моём сердце. А над головой жужжали электрические лампы, излучая неестественный холодный свет.

Невыносимо длинный коридор закончился, и в сознание ворвались разные звуки: отдавали команды тренеры, цокали копытами лошади, курлыкали над крышей голуби. У дальнего конца манежа я заметила Елену Михайловну и осторожно, чтобы не напугать лошадей, пошла вдоль бортика к ней.

Путь этот был простым и давно известным. Я могла спокойно рассматривать тренирующиеся пары и идти по наитию, но предпочла уткнуть взгляд в старую, местами потрескавшуюся плитку с незамысловатым орнаментом. В реальность меня вернул надрывный крик Елены Михайловны:

— Ярослав, это плохо закончится! Перестань с ним воевать!

Я подняла глаза, попутно прикинув, насколько разозлил бы Ярослава тот факт, что я наблюдаю за его тренировкой. Тряхнув головой, я отогнала непрошеные мысли.

Летс Гоу был весь в пене. Он сложил шею, до предела напрягая мускулатуру, его тёмные умные глаза налились яростью. Сверху Ярослав предпринимал уверенные, хотя и абсолютно бесполезные попытки наказать жеребца за неповиновение. Надо отдать парню должное: сидел он как влитой, даже когда Летс Гоу сопротивлялся. А ведь он был сильнее, чем любая из лошадей, которых я знала. И всё же против полутонны натянутых, как струна, мышц, Ярославу было не выстоять. В этой войне человек всегда проигрывал, потому что одной только силой с лошадью не справиться.

Елена Михайловна продолжала давать Канунникову указания, но он пропускал их мимо ушей. Парень наверняка считал, что и сам всё знает. Но после очередного звонкого удара хлыста по крупу, жеребец ответил ему сильным пинком. Я ахнула, видя, как высоко Ярослав подлетел над седлом, но всё же приземлился обратно и даже поймал равновесие.

Но это был ещё не конец. Жеребец словно поставил себе цель избавиться от наглого всадника любой ценой. Летс Гоу не простил грубость. Он низко присел, а потом прыгнул в сторону. Парня сильно качнуло, но он держался. Тогда жеребец опустил шею, почти коснувшись носом своей груди, и принялся монотонно вышибать Ярослава со своей спины: он выгибал её снова и снова, высоко подкидывая задние ноги.