Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 61 – Елена Княжина

— В смысле — я? — скривилась, будто порченую ягоду съела.

— Ему нужны маленькие первые капельки, чистые, крепкие, сильные, прикрепленные к роду Блэр. Как можешь догадаться, мои гены для этой цели не подходят. То ли дело последняя леди из рода Честер, родившаяся с золотой ложкой под поджатым хвостом!

— И ты это проглотила? — прошептала я с жалостью. — Согласилась греть постель и не мыслить о большем?

— Смирилась, да. Нас ведь этому в «Эншантели» учили? Ты должна была принять свою судьбу, я — свою… И вместе бы мы помогли Алексу исправить мир.

Смирилась, оно и видно — по стиснутым зубам и сжатым добела кулачкам. Смирилась… Только рычит и линяет с горя, стоит сказать о помолвке или свадебных приглашениях.

Во мне было столько же смирения: все уроки мадам Туше обернулись прахом.

— Он лидер. Не только сопротивления полукровок… Алекс — лидер нового мира, в котором власть будет у истинно сильных, — вещала она с придыханием. — Ты ему нужна. Мы обе нужны. Нет смысла ссориться, Вероника. С твоим даром и моей кровью он сможет сделать чудо. Он спасет мир увядающей магии.

— Да как ты можешь нести такую чушь?

Я схватилась за голову и бешено растрепала волосы. Безумие какое-то. Он ей внушил? Запугал? Или любовь со всеми такое делает?

— Алекс никогда мне не внушал. Не обезволивал ни «Имморой», ни даром… Разум рядом с ним всегда чист, и он не брал мою кровь силой.

Значит, наши чудовища отличаются еще и этим.

Но я бы не выбрала другое…

— Он сын Блэра. Ему плевать на полукровок, — заведенно шептала я, будто еще не поздно было все переменить.

Но по горящим, мутноватым глазам Монис видела: поздно. Бессмысленно.

— Он думает о комфортном будущем для всех. Для магов, для существ.

— Расков ведет свою игру. Нельзя ему доверять!

Запал мой стихал, надежда таяла. Ее не переубедить.

— Сердцу не прикажешь.

— Вот уж действительно, — пробормотала я с обреченным вздохом. — Ты от «любви» совсем помешалась. Ослепла.

— Это ты не видишь ничего, кроме своего аристократического носа, леди Честер! — рыкнула она оскорбленно. — И не тебе, дочке липкого графа, указывать мне, кому доверять. Твой жадный папаша подвел этот мир к черте, за которой смерть. И я как полукровка имею право бороться.

— Даже ценой предательства?

— А я предала? Так ты считаешь?

— Так и считаю, — покивала спокойно. — И не только нашу дружбу. Ты втираешься в доверие к ним… внушаешь опасные для жизни идеи… А сама шпионишь и обо всем докладываешь «хозяину», как верная псица.

Обиженно сопя и заталкивая соленую влагу обратно, я обрисовала ладонью мир за окном. К стеклянным домикам-теплицам тянулись студенты в садовых фартуках. Вдалеке улыбчивый погонщик вел к лесу стадо хеккаров, первокурсники семенили за ним с корзинами нарезанных овощей…

Сколько среди них полукровок? Сколько пострадает в очередной ненужной бойне, наслушавшись сладких речей на собрании?

— Алекс их не обидит, — прохрипела Монис, прилипая взглядом к моей руке. — Что до нашей дружбы… Ты не желала брака. Просто исполняла долг первокровки и верной дочки. Я первая познакомилась с Алексом. Я его полюбила.

— Только забыла об этом упомянуть.

— Ты тоже не обо всем рассказывала, Веро. У меня тонкий нюх. Я чуяла запах вампира на твоей одежде, — хмыкнула Монис. — Что ты делала в кабинете магистра по ночам? Сдавала ценные жидкости на благо клыкастого сообщества?