Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 63 – Елена Княжина

— Ты, верно, забыла о нерушимой помолвке на крови, — жестко отбила она. — Вы оба заложники обещанного союза. И будете друг другу отданы. Добровольно или по приказу Совета — это уж как получится.

— У меня есть масса аргументов против этого союза, — заявила, потирая живот. Капелька булькала, напоминая о неутоленной жажде. — Начать с того, что Аврелия Ланге, заключившая контракт своей кровью и своим словом, письменно отказалась от дочери. И потеряла право распоряжаться ее судьбой. Все обещания, данные ей ранее, не имеют магической силы.

Я достала из кармана письмо, смяла бумагу у основания и грозно помахала «веером» перед хитрым лисьим носом. Пускай это вынюхает.

— Верховный Совет с тобой бы поспорил… — неуверенно проворчала волчица, водя любопытным носом над бумагой.

— Более того, Монис: я не собираюсь молчать. Ты имеешь право на свою любовь и свою борьбу, но остальные существа… Они должны узнать, чьим приказам слепо следуют. Они собираются на чердаках и воюют за идеи драного Блэра. Попадают в клетки ради сына Темного принца!

— Они все узнают, когда придет время. Пока рано, их ярость еще зреет, их вера напитывается, — поморщилась волчица. — Ты не посмеешь им рассказать.

— И как же ты заткнешь мне рот, Монис? — удивленно уточнила я.

Все, что мне осталось, — это память и голос. Поэтому я буду вспоминать. И буду говорить.

— В обещания не поверю, поэтому свяжу тебя клятвой молчания, — спокойно отозвалась она и требовательно накрыла мою руку своей. Да так прижала к подоконнику, что косточки заскрипели. — Мне нельзя проколоться снова. Так что стой смирно, иначе сделаю больно. Ты мне не чужая, Веро, но Алекс важнее всего.

— Спятила? — прошипела я, отчаянно выдергивая руку из капкана.

Пальцы волчицы были словно из металла выточены и на винты закручены — так твердо и неотвратимо они впивались в кожу.

Она всерьез собиралась это сделать!

Вдавила меня корпусом в оконную раму. Примяла коленом, чтобы не дергалась. Обнажив когти, свободной рукой рванула новенькую блузу. Достала жезл и попыталась ткнуть наконечником в плечо.

За какие-то доли секунды я оказалась распластана по подоконнику, подрана и унижена собственной подругой. Бывшей — для маг-протокола.

— Не смей! Хватит с меня клятв и кровавых сделок, — я исступленно забилась в волчьем захвате, но куда там.

Мое пыхтение, шипение и клацанье зубами Монис забавляли. Удары локтями не доставали до лохматой предательницы. Зато я выиграла себе пару лишних мгновений: жезл скользнул мимо, лишь слегка ужалив плечо.

Проклятье.

До чего много в ней силищи. Ей бы на боевое, а не люстры заклятьями полировать!

— Не ерзай, Веро, иначе больно будет. Я не так уж хорошо умею ставить печать тишины, — цедила она сквозь зубы. — Твоя клятва… будет касаться всего, что ты сегодня от меня услышала… и до чего додумалась своими кукольными мозгами… Отныне все, что связано с именем Александра Раскова, — твой смертельный секрет.

— Я ее нарушу, Монис. Клятву. При первой же возможности, — сообщила ей со злобным вызовом, задыхаясь от негодования. — Мне терять нынче нечего. А твой принц останется без невесты-пророчицы.

Блефовала, конечно… Ценностей при мне и сейчас хватало.

— Я готова рискнуть. Замри.

Рука больно вывернулась, обнажая нужную часть голой кожи. Монис потянулась жезлом к плечу, взяв невидимую точку в прицел сощуренных глаз.