Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 74 – Елена Княжина

Силуэт за ширмой шевельнулся и, окутанный бирюзовыми отблесками волн, ушел в темноту коридора.

Я взгляда не могла отвести от удаляющейся фигуры… Стой. Стой! Кто ты? Я должна разглядеть, приблизить.

Но последовать за тенью не получилось. Ноги словно прилипли к каменным плитам, пространство сна стало вязким, плотным. И меня, точно из воды, вытолкнуло на поверхность.

— Офф… ффух… — задохнулась я, потирая шишку.

Умудрилась с непривычки удариться о низкий потолок и раскрошить лбом букетик. Сухие цветки лаванды рассыпались по белой простыне.

Я растерла пальцами несколько бутонов, концентрируясь на ощущениях. Цветочная пыль, яркий запах, треск, шелест… Настоящее.

Дышать. Глубже.

Настоящее…

А там, во сне, была ложь.

Плененные ихтиоподы? В аквариумах? Ублажающие властных стариков и испорченных дам древней магией эмоций?

Кошмарное будущее… Которое не имеет морального права случиться в реальности.

Тошнота усилилась. Накрыла с головой, распирая желчью горло. Вот-вот разорвет!

Я резко свесилась с кровати и едва успела дотянуться до ведра, как непоправимое все же случилось. Дрянной сон на пару с плотным завтраком толчками покинули меня через рот, оставив на языке горькое воспоминание.

Ложь, ложь… Обычный кошмар. Ловушка измотанного сознания. Я бы поверила, что это пророчество, однако тень одутловатого мужчины за ширмой была для меня слишком узнаваемой.

Даже после смерти папа преследовал меня, забирался в бредовые сны. Но раз он мертв, этого не случится.

Или… Или это будущее, в котором Эмиль стал точной копией нашего отца и занял место графа на шатком индийском троне?

Эстер-Хаз гудел. Неприятно, рвано, разрозненно… Не было в его повседневном, истерично-нервном шуме гармонии. Грубые выкрики зазывал резали слух, тонкий стрекот купола-невидимера наполнял тревогой.

Гадко.

Мне и раньше в столице было неуютно, но сейчас она тысячами игл скребла по оголенной коже. Настолько беззащитной и уязвимой я себя тут ощущала.

Сразу вспоминалось… все. Решительно все, одной слипшейся кучей.

Полет с Эриком над темными улицами, его хриплые намеки, как было бы славно снять номера с мягкими перинами. В других обстоятельствах.

Бойня в банке, раненая и бездвижная Эвер… Побег из клетки, погоня индуса с четками, воздух свободы. Опять Эрик. Я с ним, он со мной… И уже не до мягких перин.

И кровь на балконе. Пустые глаза отца, яростная гримаса вампира. Гулкий шепот гипнотизеров.

Мне не стоило соглашаться на прогулку по Эстер-Хазу. Я не готова к ней ни единой нервной клеткой! Дурнело уже от запахов и пыли, клубами поднимающейся от подошв.

Однако после нескольких дней добровольного заточения в «легендарном имении Освортов» я позволила Эвер и Софи вытащить себя на дневной свет. Сразу в пекло, под потоки столичных огней.

Дурное место. Все внутри звенело: дурное. Как Эвер могла идти неподалеку от банка и не ежиться от отвращения?

— Нельзя им позволить, — пробормотала она, сжимая пальцами мое похолодевшее запястье.

— А?

— Сломать. Нельзя им поддаваться, Вероника, — объяснила она. — Страх — ровно то, чего Совет добивается. Чтобы перепуганные полукровки затаились, стиснули клыки и тихонько скулили в подвалах, дожидаясь новых законов. Чтобы не смели морду высунуть в Эстер-Хаз! Но мне нужно в аптеку… и я иду в аптеку.