Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 77 – Елена Княжина

Проводив кузину глазами, мы завернули к аптеке.

Чем ближе подходили к главному входу, тем страшнее становилось. Взглянуть страхам в лицо… А если они посмотрят на меня в ответ?

Радовало хотя бы то, что Эвер не стала огибать здание, чтобы полюбоваться на злополучный балкон.

— Для чего нужен индийский корень? — поинтересовалась я, разбивая напряженную тишину.

— Наставник учил, что Шатавари лучше всего помогает женскому телу адаптироваться к новой жизни. Рождение полукровки — суровое испытание для капли… — объясняла вампирша, толкая массивную стеклянную дверь, увешанную звонкими побрякушками. — Раньше корень можно было добыть прямо из земли близ университета… Но я, видит Судьба, меньше всего сейчас хочу оказаться в Индии. Поэтому — аптека.

Тяжелая дверь поддалась, и на нас дыхнуло запахами сушеных трав и снадобий.

Я смутно помнила, что главный аптекарь, тощий старик по фамилии Хреф, входит в число почетных горожан и попечителей Индийского университета. А значит, он с «Братьями Солины» на короткой ноге. Недаром в его доме — секретный проход в хранилище.

Однако за стойкой стоял молодой маг возраста старшекурсника. В сером фартуке и плотных кожаных нарукавниках.

— И пусть они только попробуют отказать мне в обслуживании, — коварно оскалилась леди Эвер и требовательно позвонила в серебряный колокольчик.

— Чем могу служить, сударыни? — парень за прилавком подпрыгнул и смущенно стер сахарную пудру с уголка губ. — О, леди Эвер, вы?!

— Том? — озадаченно улыбнулась она, прибрав оскал. — Вы все-таки стали помощником аптекаря, господин Тьерн?

— Удивлены? А ведь Андрей Владимирович поставил мне неудовлетворительно по «Снадобьям и травам». Даже, помнится, «отвратительно и кошмарно, полный мрак» за экзаменационную работу, — добродушно рассмеялся он. — К счастью, у Хрефа не такие строгие требования, как у нашего ректора. Что для вас собрать?

— Пару унций золотистой лапчатки, черный фенхель для снижения аппетита… И мешочек молотого Шатавари, Том, — пробормотала Эвер, с любопытством разглядывая потолок.

С деревянного свода свисали голубые ленты, на их концах болтались закупоренные бутыльки с неведомым наполнением.

— Какая любопытная композиция…

— Это господин Хреф украшал аптеку ко Дню магического единства, — парень пожал плечами и отвернулся к шкафу за прилавком. — Выглядит забавно, да?

— Выглядит как сцена повешения… В баночки, я полагаю, закатаны полукровки? — Эвер изогнула бровь, получая свои бумажные мешочки. Достала из кармана пару тавросов, выложила на серебряное блюдце.

— Ну что вы, леди Валенвайд! Там просто травы, цветы и окрашенная хеккарова шерсть, — зарделся маг. — А вам, юная мисс, что собрать?

Взор парня обратился на меня, и в прозрачно-голубых глазах мелькнул огонек узнавания.

— То есть… леди. Леди Честер, — он отвесил короткий поклон и торопливо поправил лямку фартука. — Не признал сразу, в тени стояли. Соболезную вашей… вашему…

Парень скис и замолк, не определившись между «утратой» и «горем».

Уверена, мы не знались раньше. Я бы запомнила горбатый нос, светло-рыжую челку и короткий хвост на затылке. Видимо, побочный эффект от публикаций в «Трибьюн»… Мое лицо нынче знакомо каждому чародею, умеющему читать. Даже крошечным воспитанникам магсада.

— Ваш отец… граф Ланге… часто сюда заходил, — пробормотал Том, поправляя нарукавники у локтей. — Однажды оставил мне на чай целый голден-хаз! Здорово работать в банке, столько золотых…