Книга Янтарь и Лазурит, страница 121 – Чайный Лис

— Не поднимайте панику, убийцы здесь нет. – Ее успокаивающий тон подействовал на них. – Мы охотники за нечистью, разберемся с этим.

Губы Сюаньму дернулись в слабом подобии улыбки.

— Дева Кон правду говорит, – подтвердил ее слова генерал Ю.

Хотя из них троих реальным охотником был исключительно Сюаньму, он не собирался перебивать и возражать – иначе бы только панику вызвал, а этого он желал в последнюю очередь.

— Давайте скорее спустимся в Анджу, – продолжила нуна и поспешила отойти от трупа; вскоре вместе с двумя торговцами они вернулись к остальным.

Заметив свою хозяйку, сидевший на покрывале возле молодой госпожи Ли каса-обакэ запрыгал ей навстречу с высунутым языком. Она не побежала к нему, а прошептала так тихо, чтобы услышали лишь Сюаньму и генерал Ю:

— Мы можем похоронить тело? Или сначала сообщим жителям Анджу?

Запомнила предыдущий опыт в храме и слова монаха о нарушении формации, и теперь его грудь вдруг наполнилась теплом.

— Сообщим жителям, – понизив голос, мгновенно среагировал генерал.

Только после этого нуна раскрыла руки и помчалась к Дзадза, подхватила его и обернулась с вымученной улыбкой, хотя взгляд ее оставался задумчивым.

— По коням, – незамедлительно сказал один из перепуганных торговцев дрожащим голосом. – Выдвигаемся.

Второй молча занял место на козлах. Молодая госпожа Ли поднялась с покрывала, поднесла руку к груди и встревоженно посмотрела на Сюаньму.

— Уважаемый монах, что-то случилось? – К нему подошла Цянцян.

Он качнул головой, ничего не произнеся вслух, в то время как нуна приблизилась к служанке и свободной рукой подтолкнула ее вперед:

— Поехали.

Она усадила Дзадза на гнедого коня, ухватилась за седло и с легкостью подтянулась. Не задавая лишних вопросов, Хеджин и евнух Квон подобрали остатки еды с земли, свернули покрывала и залезли в повозки, Сюаньму расположился рядом с ними, а генерал Ю подъехал к нуне.

Несильный ветер дул в лицо, играл с волосами за спиной. Хотя до острого драконьего нюха все еще доносился далекий запах гниющего трупа, обычные люди не должны были его почувствовать.

За время пути Сюаньму догадался: нуна не хотела, чтобы ее узнали и поймали, ее спутники даже обращались к ней как к «деве Кон». Если сейчас торговцы поднимут панику и разбегутся, то слухи дойдут до столицы Сонгусыля гораздо раньше, чем если они займутся этим делом по-тихому. Сюаньму в который раз задумался, как во дворце наказывали сбежавших принцесс: их ведь не пороли, как монахов?

Спуск с горы по большей части проходил в тишине. Евнух Квон заподозрил неладное и попытался расспросить и Сюаньму, и нуну, но оба хранили молчание, к генералу же обратиться не решился. Нуна выглядела необычайно задумчивой и грустной, хмурилась, грызла губы; даже каса-обакэ, которому она постоянно улыбалась, не мог ее развеселить и хоть как-то отвлечь. Хеджин внимательно поглядывала на свою госпожу с беспокойством, но не спешила вытягивать информацию, а тихо вздыхала.

Всю оставшуюся дорогу Сюаньму сидел с опущенной головой – за несколько дней он привык к поездке на повозке, поэтому уже не так укачивало – и продолжал принюхиваться. Запах гниющего трупа остался наверху в горах, среди камней и кустов больше не ощущалось ничего мертвого или подозрительного, но он все равно не позволял себе расслабиться. Теперь он не допустит, чтобы враг причинил вред нуне. Ни один волосок больше не упадет с ее головы.