Книга Янтарь и Лазурит, страница 181 – Чайный Лис

— Нет, я прошу сказать именно этими словами. Что вы разрешаете мне вернуться с вами.

Кохаку непонимающе смотрела на генерала, но тот выглядел непривычно серьезным. Если после этих слов он отстанет от нее, то Кохаку не видела проблемы произнести их.

— Генерал Ю, я разрешаю вам вернуться со мной на Тигусу, довольны? Или письменное разрешение нужно?

— Благодарю, принцесса.

Она покачала головой, не понимая, почему Ю Сынвон сначала прицепился и затем так легко согласился. Но не могла тратить время впустую. Она искренне верила, что сердце звало ее домой, поэтому обошла генерала и приблизилась к Чуньли.

Тот успел подняться со стула и согнулся пополам.

— Монах Чуньли, все хорошо? – Кохаку не могла не забеспокоиться после такой реакции.

— В-вы принцесса?

Она успела позабыть, что изначально представлялась как дева Кон. Ей казалось, ее и раньше называли принцессой в присутствии Чуньли, но в напряженной ситуации тот мог не обратить внимания. Его совсем не смутило, что Кохаку оказалась лисой с Тигусы, однако значимый статус принцессы Сонгусыля заставлял трепетать в страхе перед ней.

Непросто носить маски. Рано или поздно правда могла вскрыться, и обиднее всего, когда это происходило по глупой случайности, но Кохаку не видела смысла расстраиваться. Она вернется домой настоящей.

Улыбка озарила ее лицо, пока теплые солнечные лучи согревали спину и светили на черные волосы Чуньли, прячущие его глаза.

— Мгм, – довольно промычала она. – И все-таки что с кораблем?

— Принцесса, для меня честь служить вам, – решительно отчеканил он. – Вы спасли наш орден от аккымов и открыли правду миру, я лично отвезу вас на Цяньмо… Прошу прощения! На Тигусу!

Кохаку не выдержала и захохотала.

* * *

— Я отправлю письмо своим воинам.

Кохаку скрестила руки на груди в попытке испепелить Ю Сынвона недовольным взглядом – генерал сидел на пристани с бумагой в одной руке и кистью в другой. Рядом с ним стояла баночка с чернилами. Монахи успели высушить черный наряд, поэтому он давно переоделся, а вот Кохаку осталась в темно-синем.

— Нам не нужны жертвы невинных людей!

— Принцесса, – Ю Сынвон тоже был серьезен, – мы оба чуть не погибли в бою с Шуэджэнем и представить себе не можем, насколько сильнее окажется «отец» аккымов. Подкрепление не будет лишним.

— Я не хочу смотреть, как умирают простые смертные.

— Значит, хочешь погубить меня и монахов?

Кохаку бросила тоскливый взгляд на Рури, который помогал Чуньли и еще двум юношам поднять необходимые припасы на небольшой корабль, и вздохнула. Она не хотела никого терять, а смерти Рури и Ю Сынвона желала в последнюю очередь, но разве получится обойтись без жертв? Они убили старших аккымов и тем самым объявили войну их главарю.

— Я хочу сохранить как можно больше жизней, – со старательно скрываемой болью в голосе произнесла Кохаку.

Страхи прошлого всплывали из глубин ее сознания и напоминали о себе. Картины горящей Тигусы, слезы матери, крики – все это мелькало перед глазами и вызывало дрожь, холод. Раньше Кохаку завернулась бы в одеяло и спряталась в углу своих покоев во дворце, но теперь была готова вернуться.

Она не планировала посылать простых воинов на Тигусу, пока не будет уверена, что сможет гарантировать их безопасность, но Ю Сынвон продолжал настаивать: