Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 119 – Сандра Барро

— Ирина поведала мне, что он выбрал её случайно, от скуки. Именно так он ей сказал. И сколько таких душ у него? Он делает это, чтобы просто почувствовать свою власть и развлечься. Иногда мне кажется, что этот город погряз в грехах, и именно это привлекает сюда таких, как Вальмонты и всякая нечисть. Поверьте, Ирина не виновата в том, что случилось с ней. Она жертва обстоятельств и чужой воли. Да, она потеряла голос, но писать не разучилась.

Если вам нужно допросить её, то сделайте это, но только не сегодня, — продолжила я и твёрдо встретила взгляд Соколова, не позволяя себе отступить ни на шаг. — Сейчас она совершенно истощена и спит. Лучше будет, если её муж приедет, когда она будет готова. Но очень надеюсь, что Александр не станет упрекать несчастную, а поддержит её. Иначе она просто закроется, Арсений Николаевич. Тогда госпожа Родина не только говорить не сможет, она и писать откажется.

Я сделала небольшую паузу, давая ему возможность осознать хрупкость момента.

— Мне нужно быть абсолютно уверенной, что женщина пришла в себя. Она и без того измучена и напугана до предела. Спешить в таком деле нельзя, если мы хотим получить правду.

Соколов надолго задумался. Он отошёл от окна, и в полумраке кабинета его лицо казалось высеченным из камня. Тишина затягивалась, прерываемая лишь мерным тиканьем напольных часов. Наконец он медленно кивнул, признавая мою правоту.

— Вы правы, госпожа Туманова, — глухо произнёс он. — К тому же Александр сейчас находится в Вырице с Татьяной Ведовской на задании. Когда они вернутся, мне не ведомо. Это даже лучше, что Ирина Ивановна останется у вас под присмотром. В этой обстановке вы сможете взаимодействовать как нельзя лучшим образом и подготовить её к тому, что неизбежно последует.

«Ивановна» машинально отметила я про себя. Имя обрело плоть, заполнив ещё одну пустоту в моём внутреннем досье. Ну что же, по крайней мере, теперь я узнала её отчество. В нашем мире имён и званий это уточнение делало несчастную женщину за стеной чуть более осязаемой, чуть менее «объектом» и чуть более живым человеком. Он поправил портупею и бросил на меня многозначительный взгляд.

— По возвращении полковника я немедленно дам вам знать. А сейчас мне нужно отправиться к обер-прокурору и доложить обо всём лично. Будьте готовы, Полина Андреевна, что в ближайшее время вас вызовут на аудиенцию к Константину Петровичу. Сами понимаете, дело не терпит отлагательств.

Я лишь молча склонила голову, принимая это известие. Перспектива визита к Победоносцеву не сулила ничего хорошего, но сейчас меня больше заботило спокойствие в моём доме и та тонкая нить доверия, которую мне предстояло протянуть к израненной душе Ирины.

Соколов ещё раз кивнул, уже сугубо официально, и направился к выходу. Я последовала за ним, чувствуя, как с каждым его шагом груз ответственности на моих плечах становится всё тяжелее.

Когда за подполковником захлопнулась входная дверь, я осталась стоять в прихожей. Ирина Ивановна... Теперь она была под моей защитой. Пока Александр Родин где-то в лесах Вырицы выполнял задание вместе с Ведовской, мне предстояло стать для его жены и щитом, и голосом.

Я медленно пошла по коридору, стараясь не шуметь. Возле двери в гостевую спальню замерла. Нужно было проверить, спит ли спасённая... Или тишина в комнате — лишь признак глубокого парализующего ужаса, который не даёт даже вздохнуть. Положив ладонь на холодную дверную ручку, я прикрыла глаза, пытаясь почувствовать магический фон за преградой. Всё было тихо. Слишком тихо для этого неспокойного города.