Книга Оладушки от Ладушки, страница 21 – Ева Финова

— Слабак! — языкатил гоблин.

— Смертельно в крайнем случае, иначе просто усыпляюще. — Эльф недовольно зыркнул по сторонам. — Кстати об этом, мы здесь не одни…

Скрипучая телега катила по широкой колее, запряженная двумя возрастными кобылками. Ею правил седовласый конюх, время от времени оборачиваясь назад. Резвые молодые и к настоящему времени очень голодные свинохрюки то и дело норовили вырваться наружу и сбежать в дикий лес, чтобы найти себе пропитание.

Двое сопровождающих — мужчина и женщина в возрасте и в простой крестьянской одежде плелись позади, то и дело перебрасываясь бранными словечками.

— Сама такая, — проворчал мужик, звонко почесав курчавую рыжую бороду, едва прихваченную сединой. — Кто ж знал, что торговля паршивая буде. В прошлых годах оно всё как-то проще шло.

— Кто ж тебя просил в долги влезать? Накупил молодняка, тупица. Вот только откуда взять столько прокорму? Об этом не подумал?

— Думал, взвешивал да смекал, — покивал мужик обиженно. — А ты тоже хороша. На меня все шишки, а тебе только похвалу подавай.

— Ха! — фыркнула его супруга, подбоченившись. — Да буде тебе жалиться. Я и на хозяйстве, и дом убери, и одежонку заштопай, постирай. Но тут ещё и свинохрюков целое стадо. Говорила тебе, баран! Брать баранов да овец! Построил бы загон да на пастбище выпускал. Знай, ходи себе рядом с клюкой. Благодать.

— И сколько, по-твоему, надобно времечка, чтобы вырастить целое стадо из молодняка? А? Глупая твоя башка. Где же взять столько сена и пастбищ посреди леса?

— Сам дурак.

Громко вздохнув, мужик собирался с мыслями, чтобы ответить супружнице, вот только был вынужден застыть, услышав конюха.

— Тпру!

— Чаво это? — осведомилась женщина, сбавив шаг. — Яма, али препятствие какое?

— Разбойники? — подсказал мужик, опомнившись.

— И в кого это ты такой вырос? — возмутился дедок, правящий повозкой, натягивая вожжи. — Точно не в меня пошёл. Дубина стоеросовая.

— Батянь, и ты туда же? — возмутился мужик.

— На поляне, вон, впереди, погляньте. Кабы были жульё да люд разбойный, так уже встречали б нас железяками острыми, а не врассыпную в кандалах скакали б.

— Беглецы? — изумилась жена неудачливого торговца.

— Поди они самые, вот только отсюдава не видать всего, пойди, поглянь. Мож попутчиков возьмём, да веселей двинемся дальше по тракту. Хоть будет с кем потрещать, не то перебранку вашу уже слушать невмочь.

— А то и обворуют нас, дак совсем к мурзе порожними прибудем. Как ведь долг замаливать придётся? Ежели с пустыми руками явлюся.

Стайка воронов пролетела над лесом, встревоженная незваными гостями.

— Не к добру, — ворчливо проронил мужик, не спеша повиноваться наказу отца.

Громко фыркнув, его жена сильнее нахмурилась и упрямо обогнула телегу, направляясь на опушку леса, где ещё совсем недавно было видно настоящее сборище.

— Эй! — крикнула она на ходу. — Кто это там прячется? Выходи, не боися.

— Хок-ёк, — было ей ответом и громкий хмык. — Ёк-ёл.

— Ну да ладно, — проворчал эльф, выглядывая из-за ствола могучего высокого дерева. — Мы с миром, закинуло нас сюда магией.

— Эльфич? — изумлённо охнула женщина. — А кто ещё с вами? Гномичи, феяне?

— Свои, — показалась из чащи леса рыжая колдунья. — Кажись это русичи. А мы вот с этим долговязым — южане.