Онлайн книга «Триада»
|
— Нет, — впервые возразила ей я. — Ты не молодец. Шура удивилась настолько, что даже рот немного приоткрыла. — Чего?! — Ты врубаешься в любой скандал или провоцируешь его там, где можно обойтись переговорами. Зачем злить тех, кто имеет над нами власть? Какой в этом смысл? Возможно, если бы не твоя стычка с янгвизором, то мы бы остались в оазисе, и янгваны за нами бы вернулись… — А чего сразу я? Напомнить, почему нас вообще приковали? Потому что кому-то всралось лезть в чужую халупу со своим списком дел! — Шура выразительно ткнула пальцем в целительницу, та жалко всхлипнула. — Я же просила вас обеих! Никого не лечить, ни с кем не ругаться! У меня был хоть плохонький, но план! — повысила голос я. — Неужели это так сложно? Включить голову хоть раз! Подумать на шаг вперёд! — Не надо тут звездеть! Я стояла и обтекала там столько, сколько могла! Если у тебя был такой очешуенный план, то могла бы сказать заранее! Дипломатка хренова! — взорвалась Шура. — Я не могу стоять и терпеть, когда меня с помоями смешивают! — Учись! Потому что в этой стране к нам никто по-другому относиться не собирается! Умерь свой гонор! — заорала я. — Кто выбирает унижение вместо смерти, тот получает и унижение, и смерть! — заорала Шура в ответ. — Если нам тут суждено сдохнуть, я хотя бы сделаю это не на коленях, а в драке! — А о нас ты подумала или как всегда — только о себе? — взвилась я ещё сильнее. — Девочки, Богом молю, не ссорьтесь! — всхлипнула Алёнушка. Шура тут же обернулась к ней. — А ты, Христарадио, лучше вообще заткнись! Ты нас предала! — Я предала? В смысле «предала»? — жалобно шмыгнула носом она. — А кто сказал: «Вероника, покайся!»? Пушкин? — саркастично спросила огневичка. — Вероника прокляла его, это страшный грех, это и так все бы поняли… — залепетала целительница, глотая слёзы. — Ты! Сдала! Своих! — рявкнула Шура. — А что там кто понял бы, это дело десятое! Надо было всё отрицать и ноги уносить, пока могли! Звонко клацнули кандалы. — Куда уносить, куда бежать от своих грехов? Ты сама чуть не убила того мужчину! Ты напала на него! С мечом! — прорыдала Алёнушка. — Кто к нам с мечом придёт, тот от меча и погибнет! — взревела Шура. — Знаешь, откуда это?! Из твоей грёбаной библии! — Нет! Это из Евангелия от Матфея и звучит иначе: «Ибо все, взявшие меч, мечом погибнут». Это о том, что насилие порождает насилие! — огромные слёзы текли по худенькому лицу Алёнушки. — Ты не имеешь права решать, кому жить, а кому нет! — А ты не имеешь права решать, как мне себя защищать! — зарычала Шура. — Даже если Вероника его прокляла — она сделала это случайно! Мы не знали, никто не знал про её дар. Но Вероника — наша. А они — чужие! И ты дура, если думаешь, что есть какая-то правда! Её нет! Вернее, она есть, но у каждого — своя! И в конечном итоге всё сходится к одному — свои против чужих. Нельзя предавать своих! Нельзя! От её рычащего крика зазвенело в голове, сердце билось с бешеной частотой. — Нельзя кидаться на всех и вести себя так, будто ты одна права! — тонко воскликнула Алёнушка. — Вероника верно говорит: если бы ты не начала психовать, то у нас был бы шанс договориться. Но ты его нам не оставила! Господь свидетель, ты полезла туда, куда не нужно было! — Чья бы корова мычала, твоя бы молчала! Если ты такая умная, то чего сама полезла к тому янгвизору? Всё равно его было уже не спасти! Смысл себя подставлять? |