Книга Запретная ведьма предводителя драконов, страница 97 – Анна Сил

— Непростительно долго мы держались за ложь, которая устраивала наших предков, — продолжил он. — И слишком дорого за нее заплатили.

Матерь по-прежнему безмолвствовала. Ни одобрения, ни возражения. Её молчание подтверждало слова сильнее любого признания.

Пальцы дрогнули на складках платья. В голове стучало только одно: он говорит это вслух. Перед всеми. Сейчас.

Взгляд снова нашел меня.

На этот раз Кайрен не просто посмотрел. Замолчал, и весь зал вместе с ним будто замер, чувствуя, как меняется направление разговора.

— Селин.

Голос прозвучал иначе. Грудь сжало так резко, что на секунду стало трудно дышать.

Он медленно подошёл ближе, не сводя с меня настойчивых глаз. В зале, полном людей, это движение показалось самым интимным из всего, что между нами было.

Несколько шагов — и остановка на расстоянии вытянутой руки.

— Слишком многое было решено за нас, — произнёс он тихо, но так, чтобы слышали все. — Нам не оставляли выбора.

На последнем слове что-то внутри болезненно дрогнуло.

— Поэтому сейчас я спрашиваю тебя.

Пауза растянулась, густая, звенящая. В зале, кажется, перестали дышать даже самые шумные.

— Ты выйдешь за меня?

Прямой взгляд, усталость в чертах и упрямое спокойствие человека, который наконец говорит не как предводитель, а как мужчина.

Сказать хотелось многое. Что любила его ещё тогда, когда ненавидела. Боялась этого дня сильнее любой казни и все равно верила, что он придет. Что сегодня была готова услышать что угодно, кроме этой простой, невозможной просьбы.

Ничего из этого не прозвучало.

— Да, — единственное, что ответила я.

Голос не дрогнул. Только сердце, кажется, громыхало на весь зал.

Кайрен не улыбнулся. Но в лице что-то наконец отпустило. Достаточно, чтобы я это заметила.

Он повернулся к залу, прежде чем кто-то успел осмыслить услышанное.

— Слушайте меня внимательно, — произнёс тем голосом, которым отдают приказы и меняют судьбы. — Я беру Селин в жёны.

Шорох прошел по залу, на этот раз громче. Кто-то резко втянул воздух. Один из старших побледнел так сильно, будто сейчас упадет в обморок прямо посреди собрания. Ведьмы остались неподвижны.

— И признаю нашего сына своим законным наследником, — продолжил Кайрен. — С этого дня ни один человек в этом замке и ни один дракон за его стенами не поставит под сомнение его имя, право и мою волю.

Вот теперь совет загудел.

Негромко — никто ещё не осмеливался спорить в полный голос, — но живо, тревожно, почти испуганно. Чересчур многое рушилось разом: старые правила, удобные границы, привычная уверенность в том, кто выше, а кто нет.

— Предводитель… — начал кто-то, но Кайрен даже не дал закончить.

— Решение принято.

Служанка у стены сложила руки на груди и поспешно отвела взгляд. Один из молодых воинов Кайрена шумно выдохнул, будто только сейчас вспомнил, что можно дышать. Советники переглядывались, но никто не решался больше возражать.

Смотреть на Кайрена в этот момент было тяжело, но уже не так, как раньше. Просто стало ясно: всё, что ломало его с детства, больше не держит так крепко. Ни кровь, ни страх перед ведьмами. Он стоял перед советом не как наследник дома Ардэллов и не как человек, вынужденный защищать старые порядки, а как тот, кто сам выбирает, каким станет мир после него.

Рядом с ним были ведьмы.