Книга Большая охота Крика, страница 212 – Саша Хеллмейстер

Но Иктоми не смутило, что все ее слуги оказались повержены.

— Мне не нужен уборщик,– пожала плечами она и хмыкнула: – Жалкий неудачник. Злобный индейский ублюдок. Ничтожество. Ты ничто против меня.

Атанат издыхал. Он плевался своей кислотой и истекал сукровицей, сочащейся из множества ран. Соня и Констанс отступили, наблюдая с мрачным удовольствием за тем, как Мистер Буги вершит над ним свою жестокую расправу. Бородавки он резал заостренными звеньями цепи, навалившись на Атаната всей своей массой, и душил его, пока тот не рухнул пустой безжизненной оболочкой на ковер. А когда это случилось, Мистер Буги с ненавистью поднял глаза на саму хозяйку офиса на девяносто девятом этаже.

— Что поделать, специалистов не выбирают.

Вакхтерон выхватил томагавк. Время шло на секунды. Он метнул его в Иктоми и угодил ей в плечо. Красивое лицо ухоженной нью-йоркской бизнес-леди треснуло, как фарфоровая маска, и оголенные десны и белоснежные зубы под алыми губами выделились ярче и росли длинной пастью.

— Где дверь, Тео?!– крикнул Вакхтерон, пятясь и все еще прикрывая собой Лесли.

Она стиснула в пальцах его безрукавку, изорванную на спине. Тень растущей Иктоми, доходившей уже до потолка и превращавшейся в паука, упала ей на лицо. Из тела ее вылезала, как бабочка из куколки, чудовищная восьминогая и восьмиглазая паучиха: теперь она расправляла лапы. Черный косматый горб уперся в потолок.

— Я не знаю!– Теодор в панике осмотрелся.– Только что она была слева от тебя…

— Но там ничего нет! Просто стена!

Иктоми – наполовину человек, наполовину паучиха – лапой неловко вырвала томагавк из своей плоти. Он упал на пол недалеко от Вакхтерона, и тот проследил за своим оружием.

— Не посмеешь!!!– прошипела Иктоми и ринулась к нему.

Вакхтерон бросился под удар, оттолкнув Лесли назад. В руку ей он сунул перед тем ключ в надежде, что у нее будет шанс выбраться – хотя бы даже одной из всех них… а затем кувыркнулся, уклоняясь от черного когтя, полоснувшего воздух над головой. И подхватил томагавк, отразив им новый замах Иктоми.

— Какие… большие… у вас тут… завелись… насекомые!– пропыхтел он, напрягаясь изо всех сил, когда скрестил лезвие с черной лапой.

Мышцы на руках закостенели и превратились в канаты, он припал на одно колено, но все же оттолкнул коготь прочь и успел увернуться от удара сзади.

Иктоми блеснула восемью алыми глазами, и когда глубокий гул, издаваемый ею, сотряс небоскреб, пол под ногами дрогнул, пошел оранжевыми трещинами, изрыгнувшими магматический жар. А затем стены и потолок тоже задрожали, и все вокруг стало падать и рушиться как карточный домик.

— Вы хотите покинуть место, где вам суждено сгинуть,– голос Иктоми слышался с неба, и Вик лишь сейчас осознал, почему когда-то давно его предки почитали ее, как богиню.– И сейчас вы умрете. Не нужно было вспоминать.

Он успел отпрыгнуть в сторону. Взмахнул томагавком и крепко всадил его в хитиновую конечность паука, отчего Иктоми завизжала не хуже подохнувшего Атаната.

Констанс зажала уши обеими руками и присела, а Мистер Буги, несмотря ни на что, ринулся на подмогу Вакхтерону. Плечом к плечу он встал с ним, глядя на паучиху и не чувствуя перед ней ни трепета, ни страха.

Преграды рухнули окончательно, часть стен сгинула в огненной бездне, оставив целой приемную – и пол справа от Вакхтерона обвалился, став глубокой ямой, ведущей на этаж ниже, где торчала арматура и лежали куски железа и бетона.