Книга Поздравляю, Синичкина! Ты попала, страница 11 – Вероника Ольховская

— Не пожалеешь?.. — спросил он, хотя ответ был очевиден.

Желая показать всю свою уверенность, я обхватила его ногами и подалась бёдрами навстречу. Этого оказалось достаточно… Максим вошёл резко, глубоко, заставляя меня простонать его имя от неожиданности и наслаждения.

— Какая же ты горячая, — выдохнул он, заполняя меня до предела.

Когда Максим начал двигаться, я впилась ногтями в его спину. Он сразу взял быстрый, жёсткий ритм, вбиваясь в меня с каждым толчком. Мощный член скользил внутри, растягивая, дразня, заставляя забыться.

— Ещё, — просила я, теряя рассудок. — Пожалуйста, ещё…

Максим перевернул меня и вошёл сзади. От новой, невероятной глубины нашей близости я не сдержалась и закричала. Одна рука обхватила мою грудь, сжимая сосок, другая скользнула между ног, лаская клитор в ритме движений.

Двойное удовольствие поднимало к новому пику наслаждения.

— О-о-о да-а-а, — выдохнула я, чувствуя знакомую дрожь.

Мир взорвался фейерверками. Я кончала и чувствовала, как Максим пульсирует внутри меня в ответ. И это было чертовски приятно...

Переплетённые друг с другом, мы ещё долго лежали, тяжело дыша. Я чувствовала, как сердце Максима бьётся в унисон с моим, и не могла сдержать улыбки. И пусть я сейчас выглядела последней идиоткой — мне было плевать…

Впервые за долгое время я была по-настоящему счастлива.

Мы молчали, просто чувствуя друг друга. Правда, эта тишина длилась недолго... Я ощутила, как всё ещё влажный после нашей близости член, снова начал твердеть, упираясь мне в бедро.

— Уже? — удивилась я.

— А ты думала, я так быстро насыщусь? — усмехнулся Максим, проводя рукой по моему животу. — Нет… Я только разогрелся!

Я было усмехнулась, но этот смешок быстро перешёл в стон, когда его пальцы снова скользнули между ног.

— Максим…

— Тс-с, — прошептал он, целуя мою шею. — У нас вся ночь впереди…

Я проснулась оттого, что ужасно затекло плечо. Не открывая глаз, попыталась перевернуться и тут же замерла — рядом кто-то дышал.

Глубоко, ровно, спокойно.

Сознание возвращалось медленно, а вчерашний вечер всплывал кусками. Клуб, шампанское, Максим, исповедь, танец, поцелуй, такси... А дальше кадры: его руки на моей талии, жадные губы, хриплый шёпот, терпкий запах секса и яркие оргазмы.

Я резко открыла глаза.

Серая, незнакомая мне комната была залита утренним светом. Я молча скользила взглядом по высокому потолку, по стеллажу с пластинками у стены, по брошенной на полу рубашке. Его рубашке...

Моё платье валялось рядом, напоминая о том, как Максим срывал его этой жаркой ночью.

Я осторожно повернула голову. Мамочки…

Максим тихо посапывал рядом. Разметавшись на подушке, он казался абсолютно расслабленным, уязвимым и безумно красивым. Жёсткие черты его лица смягчились, но никуда не делась та внутренняя сила, что чувствовалась в нём даже во сне.

Густые, тёмные брови, прямой нос, приоткрытые губы и идеально чёткая линия подбородка. Я поймала себя на мысли, что любуюсь Максимом. Любуюсь, как произведением искусства, как чем-то запретным и чертовски прекрасным.

И тут меня пронзило осознание произошедшего.

Мне далеко за тридцать. Я только что развелась. У меня разбито сердце, уничтожено доверие, растоптаны надежды. Я должна лежать дома, в своей постели, и страдать. Должна оплакивать рухнувший брак и несбывшиеся мечты.