Книга Девочки не плачут, страница 60 – Оксана Евгеньева

Алена смотрела ему вслед и молчала. Ей хотелось его остановить, но все происходило так быстро и так глупо, что у нее язык как будто распух и прилип к нёбу. Превратился в противную жабу, и если бы она открыла рот, оттуда бы вырвалось только противное кваканье. Она просто не знала, что делать. Не понимала, почему все так неправильно у нее происходит?

Поэтому, когда за Денисом закрылась дверь, она села за стол, открыла ноутбук, потом закрыла его и заплакала.

Петя и Аня шли под руку и разговаривали. Время в пути пронеслось незаметно. Они обсуждали все, что случилось, что могло случиться. Петя рассказывал истории про своего мирового деда, про детство. Они смеялись. Возле дома они наткнулись на Дениса, который сидел на лавочке возле подъезда.

— Привет, – улыбнулась Аня, а Петя насторожился. – Чего сидишь? Знакомьтесь, Петя – это Денис, редактор Алены, девушки, с которой я снимаю квартиру. Она писательница.

Петя облегченно улыбнулся и пожал Денису руку.

— Петр, очень приятно.

— Так чего сидишь? Пойдем чай пить? Петя, пойдемте?

Петя отрицательно помахал головой:

— В другой раз, там дед один. Я побегу, хорошо?

Аня кивнула, и когда Петя ушел, еще раз спросила у Дениса, почему он сидит на лавке возле дома, когда на дворе ночь.

— Охраняю, – буркнул Денис.

— Так, может, поднимешься? Дома охранять теплее и приятнее, – улыбнулась она.

— Нет, спасибо, – буркнул он, и Аня замялась. Она почувствовала, что что-то произошло, но Денис ей об этом точно не расскажет. Она пожала плечами и поднялась наверх.

Аня открыла дверь своим ключом, зашла в квартиру, и первое, что бросилось ей в глаза – это цветы. Расставленные по всей квартире в банках. Второе, что она увидела – жуткий беспорядок. Кругом лежали листы бумаги, ручки, блокноты. Стояла грязная посуда. Потом Аня заметила подругу. Та сидела за черным экраном компьютера и была чем-то очень расстроена.

— Привет. Ты чего не спишь? – спросила Аня.

— Привет, роман свой пишу, – ответила Алена.

Аня еще раз посмотрела на черный экран и кивнула:

— Понятно. Много написала?

— Много.

— А цветы от кого, от Дениса? Вы что, поругались? Почему на тебе лица нет?

После этого вопроса лицо Алены по-детски сморщилось, и она снова заплакала. Да так горько, что Аня бросилась к ней. Алена уткнулась в подругу и начала всхлипывать:

— Денис ушел. Потому что цветы от Павла. Я хотела его остановить, объяснить, что дело не в Павле, а в том, что я не могу выкинуть цветы. Они не виноваты. Жалко их, их кто-то выращивал, ухаживал за ними. А я – в помойку чужие труды? Я не смогла ему объяснить. Не успела. Он так быстро рванул.

— Ну-ну, девочка. Возьми себя в руки. И расскажи по порядку. И спокойно. Ты же знаешь, неразрешимых проблем не бывает.

Алена вытерла слезы и рассказала все, что навалилось на нее за эти дни.

— Ты, конечно, красотка. Цветы ей жалко. Хотя знаешь что? Мне бы тоже было жалко. Они-то при чем?

— И я не смогла их не взять. Хотя просила Пашу не присылать. Курьер сказал, если не заберу – их выкинут. Такую красоту. И на помойку.

— Ладно. У мужиков другое мышление. Для них это не просто цветы. А знак внимания. Раз приняла, то все. Считай, расписалась, дала добро на ухаживания.

— Но я не давала.

— Не давала. Вообще, Денис твой тоже хорош. А Павел – вообще придурок. Ты же понимаешь, что он манипулирует тобой? Что он это специально. Знает, что цветы возьмешь. Цепляет на свой крючок, а ты ведешься. И опять становишься от него зависимой.