Онлайн книга «Дневник лесного янгире»
|
Девочка, плавая в речной воде, запела песню, слова которой узнала от отца: Теперь где я раньше ходил, Там сейчас покрыто снегом. Теперь где я раньше жил, Там остались только места юрты. Река-Люгли На берегу реки играют сейчас дети. Мальчики живите вы долго, Не забудьте родной зык… В день огненного крещения, Майя вернулась вечером домой затемно и оказавшись в комнате, где они с сестрой спали, увидела посторонних гостей. Старшая сестра Анна лежала на кровати полностью обнаженная. Груди у неё перевязаны веревкой. Мачеха стояла рядом и держала в руке длинный тонкий нож. – Что происходит? —испуганно спрашивает девочка. По коже пробежали мурашки. В этот момент в комнату входит Тихон Скобеев и мачеха грубо отвечает Майе: – Выйди вон. Не мешайся, не до тебя! – Но и далеко не уходи… -прошептал Тихон, когда девочку вытолкнули из комнаты. Мачеха передала Тихону нож и он спросил сестру: – Тебе так удобно? – Ну наверное… -не уверенно произнесла Анна. Скобеев перекрестился три раза, подошел ближе к голой сестре вместе с мачехой. Окружили её так, что Майе не было ничего видно. Анна громко и истошно закричала. Тихон стал ей резать грудь и мачеха затараторила, как сумасшедшая: – Дочь, посмотри на меня, скажи: Христос воскрес! Ну же, говори: Христос воскрес! Не дожидаясь конца акта оскопления, девочка ушла в комнату родителей и уткнулась лицом в подушку. Она вспомнила случай, когда прошлой зимой, в снегу, без признаков жизни нашли их юродивого Павла, с кровавым пятном между ног. Выяснилось, что Павел где-то потерял своё хозяйство и умер от сильной потери крови. Тихон объяснял, что их сообщество тут не причем, что Павел сам решил себя оскопить острым серпом и сделал это крайне неудачно. Кто тут прав и кто виноват, так никто и не узнал. Майя понимала, что если скопцы и были виноваты в смерти юродивого, то тут все равно никто не сознается, ведь последователи сына Божьего никогда не ошибаются, иначе доверие к их власти убавиться… Когда крики в соседней комнате утихли, Тихон вошел внутрь, весь потный, вытирая руки от крови, белым платком. Майя подняла голову. Мужчина странно улыбался. – Твоя очередь, язычница. Раздевайся! – Зачем? Что вы хотите? -сердце у девочки замерло. – Спасти твою душу… – Уходите, не нужно её спасать… – Замолчи, глупая… От чего ты не такая, как сестра, без завихрений… Пойми, существо, я лишь хочу тебе помочь… -подходит Тихон к девочке ближе. – Не смей меня трогать, божий человек! – Ты станешь следующей, хочешь ты или нет… На этой земле не должно быть ни одного беса. Здесь будут жить только ангелы. —Тихон хватает девочку за руку. – Пусти! – Нельзя противиться сыну Господа! Я действую строго по его указаниям! – Знаешь, если ты действительно сын Бога и он хочет этого, передай ему, что он больной и вонючий ублюдок! —и в этот момент плюет на крест Тихона и оттолкнув его, бросается прочь из комнаты. В коридоре она увидела бледную сестру, которую двое гостей пытались поднять с кровати. У неё была кровь на грудях, которые Тихон ей отрезал и красное – на месте влагалища. – Ненавижу! -произнесла она. Мгновение спустя, девочка уже неслась босыми ногами по темному лесу. Все глубже и глубже в чащу. Когда она поняла, что заблудилась в мрачном лесу, утонувшему в сумерках, было уже поздно. |