Книга Добыча лорда Эндрю Грегори, страница 111 – Полина Ром

— Больно вы, миледи, народец-то балуете… Где это видано, чтобы соусами солдатню кормить?! Ить завсегда соусы для благородных делали, а этим-то чего… крупой брюхо набили — и ладно…

— Не забывайся, Валта, — это подала голос Эмма, и, к моему удовольствию, ворчливая повариха смутилась и замолчала.

Для меня было важно, чтобы, когда я перестану появляться на кухне ежедневно, Эмма сумела выстроить отношения и с самой тёткой Валтой, и с её помощниками. Поэтому вечером, когда все дневные дела были переделаны, я позвала девушку к себе.

* * *

— Присаживайся, Эмма.

Она смотрела на меня чуть насторожённо, очевидно побаиваясь каких-то изменений, и успокоилась, только когда я заговорила.

— Я наблюдаю за тобой уже который день и очень довольна. Мне нравится, что ты умеешь потребовать нужное без скандала и крика, и что старшая повариха не осмеливается возражать тебе. Через некоторое время вся кухня полностью ляжет на твои плечи, и я верю, что ты справишься.

— Им не нравится, миледи Сандра, что моего отца казнили, — она вздохнула, перекрестилась, и договорила: — Но я действительно справлюсь. Они знают, что моя мать дворянка, и не осмелятся слишком сильно пакостить. Особенно в вашем присутствии.

— Надеюсь, ты справишься и без меня, но если ты увидишь, что кто-то делает откровенные гадости, лишь бы досадить тебе, — приходи ко мне и помни, что ты приказываешь только то, что велела я.

Я очень надеялась, что, имея за спиной такую поддержку, девушка не позволит грубоватым тёткам усесться себе на шею. А ещё… А ещё мне хотелось сделать ей что-то приятное.

— Эмма, я слишком недавно стала хозяйкой замка и многих вещей просто не знаю. Что следует делать, если я хочу наградить кого-то, как ты думаешь?

Она задумчиво кивнула, показывая, что услышала меня, и несколько мгновений размышляла, а потом заговорила, произнося слова не слишком уверенно. То есть не настаивая на своём, а как бы предлагая мне варианты:

— Господин Булус кухарке как-то ткани на платье подарил. Очень она тогда ему угодила. Когда подала для гостей на стол гуся, фаршированного молодым цыплёнком, а в цыпленке — еще перепёлочка, и уже в ней яблоко лежало. Гости так восхищались, что он для их удовольствия Джил с кухни вызвал и при всех пообещал ткани отрезать. Я помню, она аж прослезилась от радости. Если, допустим, надо конюха наградить или садовника, то или пива им кувшин послать, или монетку мелкую дать в руки. Для них и это в удовольствие будет. Если кого-то попроще наградить надобно — ну, допустим, горничную, — можно старое платье своё подарить, а уж она сама или продаст, или выкроит себе обновку. Если считаете, что целый отрез на новый наряд много, — платок можно подарить или ленту атласную. Самой не пригодится, так у каждой из женщин или сёстры, или племянницы, или даже собственные дети есть. Туда и уйдёт.

— Спасибо, но я немножко не этого хотела, Эмма. Например, твоя мама. У меня почти нет времени заниматься счетами, но она и Оливер навели порядок в бумагах, и миледи Агата аккуратнейшим образом отчитывается мне каждый день. Чем её можно порадовать?

— Нитками, миледи Сандра.

— Нитками? — такого ответа я не ожидала.

— Благодаря вам, миледи, нам есть, что носить. И если вы хотите именно сделать приятное… Мама всегда была рукодельницей, никогда без работы не сидела. На многих одёжках из тех, что подороже, ну, тех, что в доме остались… — Эмма немного смутилась, вспоминая, как их выселяли, но мужественно продолжила: — вышивка на моей одежде, и на маминой, и у братьев на костюмах — это всё она сама. Там, в доме, целый тюк шелков и шерсти остался, и сейчас по вечерам матушка грустит, что руки занять нечем.