Книга После развода. Ненужная истинная дракона, страница 130 – Анна Томченко

— Герберт. — Снова тихо позвала я, проводя ладонью вверх.

И в какой-то момент, стоя вот так рядом, вокруг стало подниматься драконье пламя, которое выдохнул зверь в меня.

Но вопреки всему, оно не обжигало, а как будто бы кольцом окутывала нас двоих. В звериных глазах, с вертикальным зрачком, плескалось безумие, которое угасало от каждой огненной волны.

Зажмурив глаза сильно, сильно, я мысленно просила:

“Пожалуйста, пожалуйста, вернись. Я же знаю, ты можешь”.

А когда открыла глаза, моя ладонь лежала на сердце мужчины, которое снаружи было перечёркнуто штопаной раной.

Герберт дважды моргнул, словно пытаясь сфокусировать взгляд.

Кашлянул, выплёвывая сгусток огня и согнувшись пополам, рыкнул:

— Драконья мать! A второй раз уже не так тяжело оборачиваться.

Герберт.

В мертвецкой пахло тленом, медицинским спиртом и почему-то касторкой. Я мало, что чувствовал. Потому, что был мёртв. И только за счёт того, что раздавленная травяная таблетка от кузины Люсиль, призывающая задержать душу в теле, только поэтому я все ещё с уровня стороннего наблюдателя мог находиться здесь и сейчас. Потому, что пока на мне кандалы, регенерация не начнётся.

А дракон нервничал.

Он чувствовал, что тело умирает. Точнее, уже умерло.

И мы с ним, как два дурака, сидели и ждали непонятно чего.

Мне просто нужно было, чтобы сняли кандалы. Если я не ошибся, то дракон первым выскочит наружу, а душа, которая не смогла свалить в загробный мир, задержавшись в теле, которое регенерирует, сможет потом перехватить контроль.

В теории.

Южные диалекты прозвучали, где-то отдалённо. По ступеням в коридоре началось движение. Я тяжело выдохнул, дракон рыкнул, стараясь быстрее, быстрее развернуться так, чтобы занять удобную позу.

И почему-то, впервые за много лет было такое единение со зверем, что кому расскажи — не поверят.

— Друг мой. — Голос где-то над ухом.

Я не шевельнуться не мог, ни привстать. Ничего сделать.

— Я очень надеюсь на то, что это сработает. — Произнёс Кортес, наклоняясь и расщёлкивая браслеты, потому что сам их на меня надел перед поединком.

Выбор секундантов — дело тонкое. Моим был — Альваро — делец, торговец, промышленник. Человек, далёкий от политики и не желающий в неё вляпываться. Как однажды сам мне признавшийся: “я на специях с юга сделаю больше и эти деньги пойдут в казну. Так, что пусть корона держится за такого купца, как я”.

Похвально. Только что-то мне подсказывало, что Кортес не сможет долго балансировать на грани и когда-то его спокойной, размеренной жизни между бабами, вином и гульбищами придёт конец.

Когда щелкнул второй браслет, дракон встрепенулся.

— Ну же, дружище! — Снова зазвучал голос Альваро над ухом. — Если все так, как ты рассчитал — ты должен по крайней мере хотя бы дрогнуть.

Но, к сожалению, ничего не выходило.

Регенерация не наступала.

Я посмотрел в глаза зверю и качнул головой, намекая на то, что его выход.

Это ведь не так сложно, правда?

Но дракон, вильнув хвостом, заворчал.

Ты же её любишь, так же, как и я.

Дракон недоверчиво посмотрел на меня.

Тебе же абсолютно плевать: истинная она или нет. так истинной её сделать можешь только ты. Но ты же её также любишь, как и я. Не любил бы — ты бы её затоптал. Что ж ты, скотина такая, врал, мне все эти годы, пренебрегал и, как только появилась у тебя возможность — тут же удрал.