Книга Поздравляю, мой босс! Отпуск или декрет?, страница 19 – Татьяна Донченко

Я кончила неожиданно, бурно и ярко, но он не дал мне прийти в себя. Перевернул меня лицом в подушки, заставил встать на четвереньки. И вошел сзади — еще глубже, еще жестче.

— О, черт! О твою ж мать…

Я застонала в подушку, чувствуя, как он заполняет меня целиком, как его яйца шлепают по моему клитору, посылая разряды удовольствия. Он вбивался в меня, рыча как зверь, грубо, дико, необузданно.

И вдруг он потянулся куда-то в сторону и нашел мой вибратор.

— Оближи, — приказал он, поднеся его к моему рту. — Обильно.

Я послушалась, облизала своего красавчика не жалея слюны. А он включил его на полную мощность.

— Если ты думала, что веселье уже началось, то ты ошиблась, — выдохнул он, и, не вынимая члена, вставил вибратор в мой анус. — Вот сейчас будет весело.

Я бессвязно закричала. Ощущение было нереальным — его член во влагалище, вибратор сзади, он двигался, насаживая меня на оба, и я кончила сразу, резко, сильно, содрогаясь всем телом.

В глазах потемнело. Но он не остановился, продолжал вбиваться, снова и снова доводя меня до нового оргазма, пока я не потеряла счет времени, чувствуя только его член, вибрации в отверстии выше и запах пота и секса, и эту дикую, пьянящую свободу полного падения. И веселья, что уж скрывать.

От интенсивности ощущений мне казалось я уже не просто стонала, а выла. Слезы навернулись на глаза от того, как это было хорошо.

У меня в жизни не было таких острых и таких мощных оргазмов и даже дело не только в них, а в том, как его член ощущался во мне. Как он держал темп, от которого нормальный бы мужик давно обкончался.

Он не дал мне опомниться. Только я попыталась перевести дыхание после того, как он трахнул меня на кровати, как он вытащил из меня вибратор, откинул его в сторону, а потом схватил меня за лодыжки и стащил вниз, прямо на пол.

— Бесит, матрас мягкий! — проворчал этот таран на максималках, аккуратно, но нетерпеливо укладывая меня на спину на ковер. — Хочу взять тебя до упора.

В глазах у этого безумца только возбуждение, дикое, животное. Мама дорогая, это еще не все! Он же меня затрахает до смерти. И это будет приятная смерть, отвечаю!

Воронов навис надо мной, раздвинул мои ноги широко, почти до боли, и вошел в меня снова. Глубоко, сразу на всю длину.

Я застонала, выгибаясь, чувствуя, как его член упирается в самую глубину.

— Да, вот так лучше! — кивнул, прислушиваясь к ощущениям. — Твою мать, намного лучше!

Я смотрела вниз, как завороженная, как его влажный от моей смазки орган двигается во мне, резкими, глубокими толчками. Пол подо мной был жестким, но мне было жарко, безумно жарко.

Воронов вбивался в меня снова и снова, его яйца шлепали по моей промежности, влажной и раскрытой. Самое эротичное зрелище!

Вот бы запомнить его, будет что прокручивать в голове в старости. Но алкоголь же, сволочь, половину из этого сотрет из памяти.

Ну и похер, улыбаемся и трахаемся!

Я обвила его талию ногами, скрестив их на его спине и амплитуда чуть уменьшилась, но темп… Этот зверь не знал пощады. Нависал надо мной на вытянутых руках и продолжал свое дело.

— О, как прыгают твою сиськи, — еще и подмурлыкивал от удовольствия. — Офигенное зрелище! Погладь себя, детка, покажи мне, как ты ласкаешь их…

Когда мужик смотрит на тебя так, как смотрел этот — кажется, что ты самая красивая богиня порно. Хочется слушаться его, покорно делая все, что он попросит.