Книга Двери зимы, страница 44 – Игорь В. Свинин

«Если кто-то из драманов решил заняться старыми штольнями, он бы не стал таиться от родичей. Для людей лаз слишком низок, значит, это речные. Тем более нужно разобраться, что затевают выдры и зачем им человечья девчонка».

Цверг намотал на руку ремень, привязанный к ошейнику ищейки, протиснулся в узкий проход и направился вглубь, в темноту. Он помнил, как по этому тоннелю ходили родичи с фонарями на шапках и катились вагонетки, и, хоть и был тогда совсем юным, хорошо запомнил все повороты и выступы. Слабого света от входа было достаточно, чтобы не спотыкаться. Но всё же, когда стало совсем темно, пришлось достать светец. Седая уверенно тянула хозяина по чёткому следу. Тоннели были пусты и темны, но вскоре впереди забрезжил свет выхода. Цверг спрятал светец, ускорил шаг. И вдруг снаружи в солнечных лучах сверкнули белые хвостовые шипы снежной фурии. Зверь остановился у входа, что-то вынюхивая на осыпавшихся камнях. Собачник схватил ищейку за поводок, зажал ей пасть и приник к стене – с таким противником им не справиться, а из оружия при себе только короткий хозяйственный ножик на поясе. Седая, конечно, постарается защитить, да только жаль её: сколько чернокаменных собак уже сгубили ядовитые шипы эти свирепых тварей.

«Переждём здесь. Ветерок дует от входа в глубь горы, значит, наш запах тоже в тоннель уносит. Фурия нас не учует. Подземелий она не любит и просто так внутрь не полезет, будет бродить снаружи, а там только следы похитителей. Пусть за ними и гонится».

Когда шипение и фырканье снаружи утихли, цверг осторожно отпустил морду рычащей собаки, цыкнул на неё и двинулся вперёд как можно тише, хотя гравий всё равно похрустывал под ногами. За аркой никого не оказалось, следы зверя уходили вверх по склону. Значит, он решил не связываться с большой толпой двуногих. И всё равно нужно быть начеку: фурии очень умны и предпочитают нападать из засады, когда жертва ни о чём не подозревает. Цверг проверил, как выходит из ножен его ножик, посмотрел на короткое лезвие и со вздохом убрал обратно. Отцепил от ошейника ремень и пристегнул к нему ребристую гирьку из потайного кармана – кистень куда лучше ножа: можно бить издалека, не опасаясь ядовитых шипов.

Ищейка бежала по извилистой тропинке между серыми глыбами, в трещинах которых ещё прятались шапки вчерашнего снега, следопыт спешил за ней. Они чуть не потеряли след у горного ручья, но потом Седая, побегав вдоль другого берега, снова его нашла и уже без помех вывела хозяина к подножию пика Великанов. Где-то выше раскинулись запретные гробницы Ангзнума, а впереди, на дне расщелины, прятались в тумане Велтовы столбы.

Невдалеке послышались звяканье металла и приглушённые голоса. Следопыт тихо свистнул, подзывая питомицу, завязал ей пасть холщовой лентой и осторожно выглянул из-за камня.

Вниз по уступам спускалась процессия: полтора десятка вооружённых копьями речных цвергов. Среди них человек в бурой меховой накидке. Из-под капюшона выбились серебряные волосы. Та самая девчонка!

«Куда это выдры её ведут? В развалины Велтовых столбов? Кто в своём уме решится на такое? Или они хотят подняться к Ангзнуму? Забыли о мёртвых стражах? Хотят в жертву её принести? А что делать мне? Смотреть? Один я их остановить не смогу. Нет, хвала Драму, пошли в другую сторону, вдоль по склону. Нужно подобраться ближе, отсюда ничего не слышно. Может, удастся понять, что они замышляют».