Книга Mushroom Wars 2. Наследие Одура, страница 45 – Миранда Витт

— Все мы можем ошибаться, – продолжил Рудо, его голос слегка дрожал от волнения. – Но ошибка одного Шрума не должна стать причиной поражения всего племени… Всех племён!

Кало наклонил голову, не совсем улавливая, к чему ведёт Рудо. По рядам старейшин прокатился вздох – вот они прекрасно всё поняли.

— Разве сейчас не самое время объединиться всем? – Рудо повернулся к старейшинам. – Разве откажут нам Шии’Мори, для которых так важен лес? Разве тщеславные Протеи не захотят похвалиться перед всеми своим оружием? Разве Гримы не пожелают продемонстрировать всем свои силу и мощь? И разве потом, после того, как мы помиримся с Одуром, кто-то из них пожелает снова вспомнить старые распри?

— «Если», – скрипуче отозвался один из старейшин. Настолько старый и дряхлый, что все вокруг, включая его самого, позабыли его имя. Он смотрел на Рудо, прищурив подслеповатые глаза. – Если мы помиримся с Одуром. Но мы ценим, что ты не сказал «одолеть» или «победить».

— Потому что я уважаю Одура? – спросил Рудо.

— Потому что ты понимаешь, что ни одолеть, ни победить мы его не сможем.

— Но если все племена соберутся вместе, то…

— Племена никогда не соберутся вместе! Иногда ты говоришь как взрослый воин, а иногда твои рассуждения смешны, как у ребёнка. Детские сказки: «а потом они подружились и жили долго и счастливо»! Никогда Протеи не раскроют чужакам секреты своего оружия. Никогда Гримы не проведут магический ритуал на глазах у посторонних. Никогда Шии’Мори не встанут плечом к плечу с теми, кто отвоёвывал у них хотя бы клочок земли.

— Юным свойственны крайности, – миролюбиво отозвался другой старейшина. Крепкий, кряжистый, вросший в землю. – Намерения Рудо благородны, он хочет загладить свою ошибку и желает вынести из неё хоть сколько-нибудь пользы. Его сердце ещё не очерствело, а душа не преисполнилась цинизма. Этому можно лишь позавидовать. Кроме того, он прав в том, что Шрумы в одиночку не могут противостоять Одуру. Если бы мир был идеальным, то решение создать коалицию с другими племенами принесло бы нам всем победу. Но мир неидеален…

— Да, мир не идеален, и поэтому глупо верить в дружбу и благолепное преодоление всех преград.

Старейшины постепенно погружались в деловитую беседу, словно происходящее вокруг совершенно не имело значения. Вот-вот они начнут искусно плести словеса, жонглировать фразами, упиваться образами и метафорами, будто находясь на одном из тех заседаний совета, которые ничему не посвящены и ничего не решают. Просто ещё одна возможность для мудрецов похвалиться своей мудростью.

Это вполне устраивало Рудо: упоённые беседой, старейшины могут смягчиться и действительно согласиться на предложение хотя бы попробовать переговорить с другими племенами…

— Он должен быть изгнан! – прервал неторопливую беседу раздражённый голос.

Разговор моментально оборвался. Все повернулись к Кало. Тот нетерпеливо постукивал древком копья по доскам пола.

— Он должен быть изгнан, – повторил Кало и указал остриём своего оружия на Рудо.

— Интересное предложение, – прогудел молчавший до этого третий старейшина. – Но если мы вступим в битву, нам нужен будет каждый Шрум. Почему мы должны изгнать Рудо? Он неплохой воин в расцвете сил.

Рудо молчал, не веря своим ушам. Он допускал, что Кало до сих пор таит какую-то обиду и что сейчас та, как нарыв, прорвалась и изливалась на него. Но изгнание? Он не помнил, когда оно в последний раз упоминалось в легендах. Да, когда-то Шрумы изгоняли провинившихся, но для этого нужно было совершить что-то ужасное. Например убийство… И изгоняли в те времена, когда лес был ещё миролюбив. Когда Шии’Мори ещё не умели воевать, Гримы предпочитали в тиши чащ варить свои зелья, а Протеи вообще ещё в лесу не появились. Но даже тогда изгнание было слишком жестоким наказанием.