Книга Паладин развивает территорию. Том VII, страница 22 – Greever

Огромная площадь была занята всё прибывающими людьми, орками, эльфами и другими расами, которые откликнулись на призыв герцога Леомвиль.

Всем было любопытно узнать, что произошло или что готовится, ведь через два месяца должна состояться Битва Королей, которая определит судьбу Лантариса.

Журналисты буквально со всего континента, оказавшиеся за спинами рыцарей, отделивших подиум от простых зевак, готовились записывать и фотографировать всё, что скажет Виктор.

Они оказались единственными, кто смог пересечь оцепление, что давало им возможность спокойно подготовиться. Остальные же, включая знать от баронета до графа, вынуждены были оставаться в толпе с простолюдинами и торговцами.

Хотя в любой другой день ни один аристократ с таким не согласился, но уж больно все хотели знать, что скажет Виктор.

Всё дело было в Битве Королей, так как в случае победы Клансара, Лантарис станет частью Армондэля и в результате сохранит свою монаршую систему, из-за чего Лиденгард не сможет сделать его ещё одной землёй, не являющейся отдельным королевством.

Однако, если всё будет наоборот, то уже Армондэль потеряет свой статус и в будущем станет обычным герцогством в составе империи.

Такие вещи происходили настолько редко, что даже жившие тысячи лет эльфы наблюдали такое лишь единожды, а это давало местным повод интересоваться политикой, которая раньше никогда их не волновала.

На площадь прибывало всё больше людей, и место, которое могло легко вместить пятьдесят тысяч человек, очень скоро заполнилось полностью, и гостям оставалось лишь занимать прилегающие улицы, в результате образовав гигантское столпотворение и перегородив все подъезды.

В это же время с южной стороны, там, где вдалеке виднелась стеклянная крыша железнодорожного вокзала, послышался боевой рожок, и рыцари стали быстро расталкивать зевак, освобождая дорогу герцогскому экипажу, за которым ехало ещё порядка десяти дорогих карет с символикой Леомвиль.

Заметив своего лорда, местные жители с радостью приветствовали его, в то время как гости могли либо подражать им, либо недовольно фыркать, не понимая, почему так радуются прибытию очередного аристократа.

С другой стороны также выехали экипажи чиновников, возглавлял которых губернатор Леситор Крейн, и вскоре они встретились возле подиума.

Чиновники, все одетые в деловые костюмы или костюмы-тройку, выстроились в одну шеренгу, и пока губернатор, встретив герцога, вёл его к подиуму, он представлял каждого, сообщая, чем тот занимается и за что отвечает, а следом семенил шериф Лима Баркли, стараясь приблизиться к ним максимально близко, чтобы показаться на глаза лорда.

Позади Виктора шли пять жён, сестры-близнецы и все их дети, которых мало кто мог видеть в принципе, а совместно они даже на мероприятиях не появлялись. Последних было действительно много, ведь для аристократа иметь четырнадцать детей — это что-то за гранью понимания.

Даже Леорик, у которого множество жён и наложниц, имел всего шесть наследников.

Однако жители Балтес считали, что даже будь у лорда сотня детей, всё равно окажется мало, потому что вся их жизнь связана с герцогом и его правлением.

Единственное, что смущало жителей, это то, что редко видно Линею. Виктор даже пригласил Люмину, чтобы та прогулялась по городу в её облике, чтобы дать понять, что с ней всё в порядке, но это не успокаивало, и самую любимую госпожу народа хотели видеть также часто, как тогда, когда она сопровождала лорда повсюду.