Книга Письмо Далай-ламы, страница 107 – Екатерина Чудинова

Карелин сжал губы, обдумывая услышанное.

— Вы ответили?

— Конечно, – кивнул Солье, его голос оставался ровным, но твердым. – Это была самозащита. Выстрелы прозвучали почти одновременно. Его пуля задела мою ногу, но мне удалось попасть точнее. Только это и спасло мне жизнь.

Солье с сожалением поправил штанину, осторожно разглаживая ткань. Брюки, сшитые из дорогого шерстяного твида, теперь утратили свой безупречный вид, и француз тяжело вздохнул, сокрушаясь, что испорчена такая хорошая вещь.

— После того как он упал, я подошел ближе, чтобы убедиться, что опасность миновала, и увидел, что он мертв, – добавил он, глядя прямо на Карелина. – Вы бы поступили так же, Матвей Сергеевич.

— Почему вы решили, что это был Шеккер? – спросил Карелин, глядя на Солье.

Француз посмотрел на него с легким недоумением.

— Потому что сундук был у него, – просто ответил он. – Думаю, это достаточно ясно.

Матвей глубоко вздохнул, обдумывая услышанное. Ответы звучали логично, без излишней суеты. В действиях Солье не было ни паники, ни агрессии, ни попыток скрыть что-либо. Он сохранял уверенность, присущую человеку, привыкшему к стрессовым ситуациям.

Матвей вернулся к мосту вместе с Солье и Тюфяевым. Его взгляд остановился на группе людей, собравшихся вокруг князя Борезе. Гонщики стояли с напряженными лицами, князь что-то тихо обсуждал с Бартини. Увидев Карелина, Борезе сделал шаг вперед. Но Матвей повернулся к крестьянам, которые стояли рядом, ожидая указаний.

— Есть среди вас местный голова или староста? – спросил он.

— Да, есть, – ответили ему.

— Хорошо, – кивнул Карелин.

Он бросил взгляд на Тюфяева: тот уже успел вытереть лоб и принять почтительно-измученный вид, какой обычно принимают люди, искренне сочувствующие, но исключительно на безопасном расстоянии.

— Тюфяев, будьте любезны показать людям дорогу к телу.

Тюфяев вздрогнул так, будто его окликнули с того света. Платок выпал из рук, усы дрогнули.

— Снова?.. – вырвалось у него, но, встретив спокойный и совершенно непроницаемый взгляд Карелина, он поспешно кивнул. – То есть… разумеется.

Он суетливо закивал и замахал крестьянам:

— Пожалуйте, господа… Прошу, прошу. Тело на том же месте… никуда уже не денется.

Крестьяне переглянулись и молча двинулись за ним.

— После этого, – продолжил Карелин уже им вслед, – сообщите на ближайшем разъезде. Пусть телеграфируют жандармам в Верхнеудинск. Отправить некого – из жандармов здесь только я, да и мне предстоит ехать с князем вместо погибшего.

* * *

Люди быстро принялись выполнять поручение. Карелин же повернулся к князю.

— Ваше сиятельство, – попросил он, – расскажите мне о сундуке. О том, который вам привез Бушмаков. Вы знали о двойном дне?

— О чем вы говорите? Двойное дно? – Борезе удивился. – Я и не предполагал, что в сундуке может быть что-то необычное.

— А кто пользовался этим сундуком? – уточнил Матвей, не отводя взгляда.

— Все мы, – вмешался Гиларди. – Бартини укладывал туда наши документы, инструменты, все, что нужно в дороге.

Князь вздохнул и указал на кучку вещей на земле.

— Бартини собрал это. Шеккер выбросил все, что было в сундуке, когда убегал. Вот, можете посмотреть сами.

Карелин подошел ближе, присел на корточки и начал изучать вещи. Обычные бумаги, запасные части для автомобиля, даже одежда. Он поднял взгляд на князя.