Книга Тайна пропавшего Принца, страница 27 – Евгения Якушина

При виде меня преступница на мгновенье замерла, выпучив от удивления глаза, потом захлопнула багажник и молниеносным движением выхватила из кармана маленький, не длиннее жевательной пластинки, блестящий шприц.

— Если крикнешь или двинешься, я вколю ему яд, – угрожающе проскрежетала она, поднося шприц к шее собаки.

Я замер и даже, кажется, перестал дышать.

— Сейчас я сяду в машину и уеду, – продолжала вещать тётя Таня замогильным голосом. – Эту брехастую тварь я возьму с собой и, когда буду уже далеко, подброшу её в какую-нибудь ветеринарку. На ошейнике есть адресник, так что собаку вернут хозяйке. Но, если ты попытаешься звать на помощь или заявишь в полицию, я убью его. Ты всё понял?

Я кивнул. Как ни обидно упускать преступника вместе с добычей, сыщик не имеет права рисковать жизнью заложника.

— Умница, – похвалила тётя Таня.

Не сводя с меня глаз и не убирая шприц, она попятилась к водительской двери. В тот самый момент, когда преступница потянулась к ручке, с грохотом распахнулась калитка, и в неё влетел красный резиновый мячик, а за ним под звонкое Васькино «Принеси!» ворвался Бублик. Метко брошенный мяч пролетел у тёти Тани между ног. Бублик, ведомый азартом игры и непроходимой глупостью, ринулся тем же маршрутом, сбивая преступницу с ног.

Словно в замедленной съёмке, я увидел, как взметнулась рука со шприцем и как она стала опускаться, целясь отравленным жалом в беззащитное пушистое тельце.

— Нет! – закричал я и бросился к тёте Тане, стараясь одной рукой вырвать у неё Принца, а второй – отвести от собаки смертельный удар.

Секунда – и Принц оказался у меня, а преступница опрокинулась навзничь, широко раскинув ноги и руки, словно тряпичная кукла.

— Татьяна Михайловна, – раздался строгий голос капитана Колобкова, – вам придётся пройти со мной и дать кое-какие объяснения.

Из-за мощной спины блюстителя лукоморьевского порядка вынырнула Васька и кинулась ко мне.

— Мотя, он жив? – чуть не плача, спросила она, протягивая руки к Принцу.

Чувствуя ладонями, как бьётся маленькое собачье сердечко, я радостно ответил:

— Жив!

Васька расплакалась, забрала у меня собаку и прижала к груди.

— Малыш! Хороший мальчик! Всё будет хорошо! – бормотала она сквозь слёзы и улыбку.

Бублик, держа в зубах мячик, ревниво ткнулся в Васькины ноги и, не получив внимания в свой адрес, переключился на меня. Его нос попытался проникнуть в карман моих бермудов, где я иногда хранил неприкосновенный запас сухариков и конфет. Строго пресекая акт бессовестного вымогательства, я отпихнул нахальную морду… и заметил, что в мои штаны, словно булавка, воткнут маленький блестящий шприц, а вокруг него расплывается крошечное, не больше пятидесятикопеечной монеты, кровавое пятнышко.

Как-то без всякого страха и сожаления я подумал, что вот и всё, моя карьера сыщика закончена. Хорошо, что закончена не бесславно – Принц спасён, золотой кубок найден. Только очень жалко маму, папу, бабушку, дедушку, Ваську и Бублика, которые наверняка станут по мне скучать. И ещё я удивился тому, что умирать совсем не больно – лишь звенит в ушах и серый туман наползает…

— Мотя! Ты что?!.. Мотя!

Я открыл глаза. Оказалось, что я лежал на земле. Рядом со мной стояла на коленях Васька и трясла меня за плечи так, будто пыталась вытрясти из меня душу, которая и без того вот-вот должна была меня покинуть.