Онлайн книга «ПсихирЪ»
|
— Жду тебя, Петя. — Откуда ты знал, дед, что я к тебе собираюсь? Думал – сюрпризом, – Петя с удовольствием обнял деда. — Интуиция, – ответил дед, крякнув от крепких объятий. — Ну правда, как догадался? — Рита позвонила, спросила, что привезти, – усмехнулся дед. — Так все-таки приедет… – задумчиво произнес Петя. – Весь день не мог до нее дозвониться. — Приедет, но завтра… Лето какое, Петя, середина августа, а до сих пор огурцы! И яблок сколько! Поможешь собрать? — Конечно, я за этим приехал. — Ну, положим, приехал ты не яблоки собирать, а с дедом поговорить. Но урожай хороший, надо бы посушить, жалко такое добро в компост. — Я, кстати, ребрышки привез, пожарим? — Да я уже замариновал, – дед показал на аппетитный шашлык, приготовленный явно заранее в кефире, как любили они оба – и Петя, и дед. – А ребрышки, небось, замороженные, только из магазина… Петя виновато развел руками: — Дед, вот времени совсем… — Да ладно, не оправдывайся. Завтра я сделаю – пальчики оближешь. А сейчас их готовить – только портить. Дед Степан появился в Петиной жизни не сразу, но зато прочно и навсегда. А вместе с дедом и квартира на Таганке. Дед как-то проговорился, что это материальная компенсация Пете за жизнь без отца. Дескать, он, дед, не смог сына правильно воспитать, и тот укатил за лучшей жизнью в Америку. А значит, и его, деда, это ответственность. Степан Петрович имел биографию занятную. Рожденный в начале войны, он рос без отца, но в святой памяти его, которую подпитывали мама и бабушка. Жили они тогда в коммуналке на Воронцовской улице в 16-метровой комнате втроем, бедно жили. И лишь к 18 годам Степан узнал, что родовая фамилия у него не Соколов, а Соколовский, из тех самых польских дворян, что были на российской службе аж с ХVII века. Отец его поменял фамилию и принял советскую власть, отдал семейное поместье в Подмосковье государству под детский дом, взамен получив комнату в коммуналке. А потом погиб на войне. Дед Степан отца не помнил – слишком мал был, – только колючие усы и крепкие руки, которые высоко подбрасывали его в воздух, а он смеялся до икоты. Так и не узнал бы он ничего о своем древнем роде, если бы бабушка на смертном одре не рассказала о его корнях, не в силах унести эту тайну в могилу. Степан окончил военное училище и уехал служить на Дальний Восток. Помотало его по Советскому Союзу изрядно. А когда в 40 лет вышел на пенсию по выслуге лет, он пошел учиться и в 45 стал профессиональным историком. Количество денег в семье уменьшилось, и жена ушла к другому мужчине. Сын в это время был уже взрослым, ничто супругов вместе не держало. Отдав все имущество жене, Степан Петрович поменял с доплатой комнату матери в коммуналке на маленькую двушку в том же районе и 15 соток в 40 км от Москвы. Когда дед Степан решил вдохнуть жизнь в земельный участок и построил дом, эта двушка досталась Пете и после ремонта стала просторной студией. — Дед, вот скажи мне, почему меня Настена разлюбила? — Вопрос не в том, почему разлюбила. А в том, готова ли простить и полюбить снова? — Простить? Но за что? Это же она ушла! — Подумай, Петя, в чем ты не был хорош. Ведь любовь так просто не исчезает. И женщина так просто не уходит. — Не понимаю. — Ее, любовь, нужно долго мучить и испытывать, чтобы она истлела. Если человек любит, он будет прощать. Пока любит. |