Книга ПсихирЪ, страница 72 – Александр Беляев, Мария Тучина

— М-да, страшные были тогда времена, – дед надолго замолчал, а потом вздохнул и продолжил: – Матери чудом не было дома, она в тот день гостила у подруги. Если бы не эта случайность, было бы два трупа, тогда в этом никто не сомневался. Приехала милиция, ее вызвали соседи, парня арестовали по подозрению в убийстве, потом отпустили, конечно.

— А что с бизнесом?

— Странная история с продолжением, – дед тяжело вздохнул. – Жена Игната тогда мало что соображала от горя, подмахнула нужные бумажки в пользу одного общества с ограниченной ответственностью. А сын уехал из страны, едва похоронив отца.

— То есть что было дальше с Антиповым-младшим, ты не знаешь?

— Нет, увы, – дед развел руками. – Я же не то чтобы друг семьи был, так, дальний приятель. Но про мать знаю. Был у нее нервный срыв на почве убийства мужа, руки на себя пыталась наложить. Мы с ребятами тогда сбор денег организовали, в частную клинику поместили лечиться от депрессии. Но через год – рак, сгорела очень быстро.

Дед замолчал.

— А ты с Владимиром Игнатьевичем, с сыном, знаком?

— Пересекались, когда он ребенком был, и на похоронах… Но он, наверное, и не вспомнит. Жаль по-человечески семью, – дед махнул рукой.

Вечер перевалил за сумерки, угли потрескивали, шашлык был съеден и чай выпит.

В сон Пети ворвался тихий женский смех и негромкий голос деда. И запах свежих блинов. Он посмотрел на часы – 7:30. «Да вы с ума посходили в такую рань! Суббота!» Но неожиданно для себя осознал, что в принципе неплохо выспался в гостевой комнате на втором этаже. Дом деда располагал к отдыху. Пете даже казалось, что только здесь он по-настоящему мог расслабиться.

А в кухне-гостиной хозяйничала Рита. Серые велосипедки, в которые в этом сезоне почему-то облачились все девушки Москвы, и розовая футболка оверсайз ей ужасно шли. На голове замысловатый пучок, украшенный ярким платком. Петя застыл на лестнице, любуясь девушкой. Дед его заметил и радостно позвал:

— А у нас тут блины, Петя, иди к нам!

— Привет, Петюня! – Рита помахала рукой, вымазанной в муке.

— Ты как добралась в такую рань? – спускаясь, спросил Петя. – Не ждал так рано.

— На машине, понятное дело. Суббота же. Кто долго спит в субботу, тот долго едет на дачу. А я за час домчала!

— Круть! Ну-ка дай попробую блинчик!

Петя сгреб пятерней горячий блин с высокой стопки и, обмакнув его в сметану, с наслаждением отправил в рот…

— Ну куда руками! Вилка же есть! – Рита рассмеялась, глядя, как Петя дует на слегка обожженные пальцы.

— М-м, как вкусно!

— Наслаждайся! Мамин рецепт!

Рита неспроста гордилась своими блинами. Тонкие, в меру сладкие, приготовленные на правильной чугунной сковороде, они были хороши и со сметаной, и с дедушкиным яблочным джемом.

— Ну что же, друзья, поможете яблоки собрать?

Петя с Ритой согласно кивнули. И закипела работа. Дед, несмотря на возраст, поддерживал участок в образцовом порядке. Но был ряд дел, с которыми он уже не справлялся. Собрать урожай яблок, подпилить сухие ветки деревьев, поправить забор, обновить ступени в пруду – дед с мая по октябрь плавал по утрам в любую погоду. И Петя старался хотя бы раз в месяц проводить выходные здесь. Звонить дед не любил, все старался быстрее закончить разговор, мол, приезжай и поговорим. И Петя с удовольствием приезжал. А вместе с ним и Настя, и Шишкин, и коллеги. И Рита. Дед всем был рад. Говорил: «Общение с молодыми – самый лучший способ оставаться на связи с миром».