Онлайн книга «Эндшпиль с бриллиантовым конем»
|
«Только бы пробок не было. Опоздаю, начальство отдаст дело Ямского Рахматуллину. А это — беда!», — подумал он, выруливая на шоссе. * * * — Ты больше не называешь меня Птицей, — усмехнулся Толик, одним рывком усаживая ее себе на колени. Аксинья по привычке проснулась рано, чтобы приготовить завтрак. Толика в постели не обнаружила, тот стоял спиной к ней в кухонном углу. «Все-таки «студия» мало пригодна для двоих, типично холостяцкое жилище», — подумала она, хорошенько растянула все мышцы и только после окликнула Снегирева. Тот тут же подскочил к кровати и хотел было улечься рядом, но Аксинья, лежавшая ближе к окну, успела выскользнуть из-под тонкого одеяла. Во избежание соблазна при виде обнаженного торса друга детства. Толик уложить ее обратно не успел, но, когда Аксинья проходила мимо, все-таки поймал за талию. «Как в этой квартире тесно! Словно в кладовке!» — успела подумать она, уютно устраиваясь в его объятиях. Ей стало тепло от его горячего тела, она под утро замерзла — в комнате было прохладно из-за оставленного на ночь открытым окна. Она ничего не ответила на его глупое замечание о Птице — сам, мол, догадайся, почему. — У тебя на плите ничего не сгорит? — принюхалась она, уловив легкий запах нагретого масла. — Я выключил, Ксю. Не успел с завтраком к твоему пробуждению, прости, — виновато изрек Толик и уткнулся носом ей в шею. Ох, не стоило ему этого делать — быстро же он вычислил ее «слабое место». «Ты как кошка, почеши за ухом, мурлыкать начинаешь», — не к месту вспомнила она слова Вадима, сказанные, кстати, с пренебрежением. Она помнила свою неловкость, потому что не знала, что на это ему ответить. Или уже стало не до ответа? Как и сейчас, только мысли о бывшем любовнике улетучились мгновенно, как только руки Толика начали блуждать по ее телу… После они лежали рядом, но взявшись за руки. Молчал Толик недолго, Аксинья заметила, что он и не может долго молчать, ему обязательно нужно сказать какую-нибудь… глупость. — Ты вчера один раз назвала меня Вадимом. Это твой бывший, да? «Ну, вот. Глупость и есть. Какое, к черту, ему дело до моего бывшего?!» — возмутилась Аксинья и, ничего не ответив, задумалась… Вадим никогда не интересовался, кто у нее был первым. Она после первой, проведенной с ним ночи, ждала расспросов, но он лишь лениво поинтересовался, хорош ли он как любовник. Ей не с кем было сравнивать, она просто сказала «да», чтобы не обидеть. А ее первым мужчиной стал преподаватель физкультуры в университете. Она, наивная дура, подумала, что тот решил-таки принять у нее зачет, пришла в зал… Ей бы сообразить, что уже слишком поздно, в десять вечера в спортзале никого не может быть… Чтобы переодеться в спортивную форму, она зашла в раздевалку. Там физрук и «принял зачет», она не успела издать ни звука, он повалил ее на маты, зажав рукой рот. Все произошло быстро, он встал и молча вышел. Когда она, проревевшись, выползла из раздевалки, мужик так же молча сунул ей зачетку с подписью. Позже она узнала, что так же «сдала» зачет и Жанка. Только отнеслась она к этому философски — физрук у нее был не первым. Она рассказала бы Вадиму об этом, спроси он — это изнасилование на тот момент стало первой бедой в ее самостоятельной студенческой жизни… — Ладно, Ксю, прости, я идиот, больше не спрошу, — услышала она. |