Книга Эндшпиль с бриллиантовым конем, страница 98 – Марина Болдова

«Расскажу, если к слову придется», — решила Мила и подумала, что о причине, почему вдруг решила ухаживать за бывшим мужем, о своей какой-то вине перед ним, Надежда в ту ночь так и не поведала.

Она шла за Аксиньей и Толиком по узкой тропинке, вытоптанной среди зарослей кустов мужчинами, а думала о Надежде. И чем больше думала, тем больше убеждалась, что таких случайных совпадений не бывает.

— Кроме отпечатков Аксиньи и Генриха Коха, нашли еще свежие пальчики и биологические следы — несколько капель крови. Четвертая отрицательная группа. У Ямских Федора и Аксиньи — первая, у Коха — третья. Пальцев в нашей базе нет. Сейчас у нашего покойника возьмут пробы, узнаем. Но подозреваю присутствие еще одного человека. По времени наш фигурант убить Коха не мог. Со слов Аксиньи, он сразу определил, что трупу больше суток, а он, мол, прибыл в город только накануне вечером. И еще добавил, что смысла убивать приятеля у него не было, потому что шахматы Коха уже в комплекте, а не хватает только ферзя и ладьи из тройки Ямского.

Костин, пока они ждали Снегирева с женщинами, вкратце рассказал Каргину о шахматах. Тот слушал, не задавая вопросов, но в конце в своеобразной манере все же поинтересовался стоимостью набора. «И каковы за рыбу деньги?» — усмехнулся он, но, услышав о пяти миллионах долларов, удивленно присвистнул. «И ты думаешь, ваш Ямской рискнул спрятать драгоценности здесь, в этом старом доме? Сомневаюсь», — покачал он головой. «Скоро узнаем, вот придут наши сыщицы, у них своя версия, где Федор мог шахматы припрятать», — сказал Сергей.

Честно говоря, он из сумбурного сообщения Светличной понял мало. Скажи об этом Аксинья, совсем не поверил бы, переспрашивал до тех пор, пока не оценил ситуацию. Милораду же выслушал и, не вникая, сразу решил ехать. Ну, не мог Сергей пока всерьез воспринимать Аксинью. Разница у них всего пятнадцать лет, Аксинья и не девочка уже, бизнес-леди, а он видит в ней всю ту же мелкую дочь Федора Ямского.

— Дом открыт, видимо, твой похититель чувствовал себя здесь как хозяин, — сразу же доложился Сергей, обращаясь к Аксинье: та подошла к нему первой.

Аксинья, никак не прокомментировав его слова, сразу прошла в комнату.

— Он рылся в книгах! — воскликнула она с досадой. — Черт бы его побрал!

— Ты уверена? — Костину, когда он вошел в комнату, показалось, что ничего с того дня, как здесь еще находился труп Генриха Коха, не изменилось.

— Я вынимала из коробок и складывала тома по авторам, время тянула. Теперь все книги перепутаны.

— Зачем время тянула?! — вскрикнул за спиной Костина Анатолий.

— Смерть свою неминуемую, как я думала, оттягивала на потом! — огрызнулась Аксинья и повернулась к Милораде. — Мила, ищи первый том Флобера, там должна быть черная ладья. Я буду искать второй том Есенина с ферзем.

Снегирев посмотрел на Костина, в его взгляде явственно читался вопрос — а не тронулись ли умом наши дамы?

Сергей же, вспомнив запись в электронной книжке Ямского, понял, что тот спрятал фигурки в томах классиков, вырезав углубление в толще страниц. Умно. И шифр — вовсе не шифр, а прямое указание на тайники. Для себя записывал, не надеясь на память.

— Ксюша, какого цвета книги, не помнишь?

— Темно-зеленого. Все, нашла трехтомник Есенина, — Аксинья развязала веревку и выдернула из середины стопки один том. — Вот! Белый ферзь! — она раскрыла книгу: в тусклых лучах света, пробившегося сквозь ветки яблони в окно, сверкнули драгоценные камни.