Книга Тень от козырного туза, страница 73 – Марина Болдова

Яков не послушался, поделился с Корсаковым информацией. И теперь ему понятно было, почему тот так странно себя вел, почти все время отмалчивался: сложив два и два, он догадался, что тоже входит в список наследников.

Признайся мама сразу, Яков в тот же день честно сообщил бы Павлу, что тот ему приходится родным племянником. И у них был общий предок.

«На что она рассчитывала? Рано или поздно Горинец нашел бы Корсакова сам. Нужно сообщить ему, пусть время зря не тратит. Дозвониться до Павла не могу, поехать – тоже, а Горинец может навестить его на законных основаниях. Если, конечно, тот не нашел его сам. Кажется, я Паше называл фамилию. Или нет?» – вспоминал Яков.

Он собирался связаться с нотариусом, но отвлек долгий, настойчивый звонок в дверь. Яков открыл, будучи уверенным, что вернулся агент, с которым он распрощался буквально несколько минут назад. Первая мысль была, что тот забыл что-нибудь на столе, какие-то документы или справки. Но за порогом стоял высокий рыжий незнакомец.

— Старший оперуполномоченный капитан полиции Дюмин, – произнес он и показал развернутое удостоверение. – Яков Адамович Блейхман?

— Да. Проходите. Что-то случилось?

— Мне необходимо задать вам несколько вопросов. Куда идти?

— В комнату. Присаживайтесь, – указал Яков на стул, на котором ранее сидел похоронный агент.

— У вас кто-то умер? – кивнул капитан на зеркало, затянутое белой тканью.

— Мама. Ночью. Но смерть не криминальная, у нее был рак, – зачем-то начал оправдываться Яков.

— Примите соболезнования. Скажите, вам знаком Павел Алексеевич Корсаков?

— Да… – удивленно глядя на Дюмина, произнес Яков, чувствуя, как учащенно забилось сердце. «С Павлом беда!» – подумал он, пугаясь собственной мысли.

— Когда и при каких обстоятельствах вы познакомились?

— Позавчера утром. Я приехал к нему, чтобы…

Яков все открыл как на духу. Он торопился, рассказывая о маме, все время возвращаясь к ее прошлому. Сокрушался, что ничего о ней не знал, что так и жили они, словно без роду и племени. А оказалось, родни полно, правда, не все еще найдены. Но Павел! Родной племянник, одна кровь – от старшего брата. Брата, о существовании которого он, Яков, даже не подозревал.

— Не представляете, как я в детстве хотел брата или сестру! Уговаривал маму выйти замуж, чтобы родить, а она всю жизнь любила только Адама Блейхмана, моего отца!

— Ваш отец жив?

— Нет, что вы, давно умер. В Израиле, куда сбежал, как утверждал, от беременной любимой женщины. Там у него жена…

— Вы сразу признались Корсакову, для чего вам нужны документы матери?

— Да, скрывать не стал. Хотелось донести до человека, насколько они важны для нас с мамой.

— Тогда вы еще не знали, что Павел – такой же наследник, как и вы? А как он отреагировал на вашу просьбу? О чем спрашивал?

— Да он как-то все больше молчал. Потом сказал, что архив дома не хранит, нужно его еще достать. Обещал позвонить, если что-то найдет. Но звонка я от него так и не дождался. С ним что-то случилось? Он жив?

— Корсаков убит у себя в квартире вчера днем. Где вы находились с трех часов дня до шести?

— Господи, за что его?! Ужас какой… Я был в это время здесь, с мамой. У меня в два часа, а потом в четыре онлайн-занятия со студентами, я репетитор по английскому языку.

— Контакты студентов мне черкните. И нотариуса. Спасибо. Как, кстати, его полное имя?