Книга Нехитрая игра порока, страница 76 – Марина Болдова

— Так, я понял, что лишний, но – служба, извините. Последний вопрос к тебе, Макс. Не помнишь фамилию бывшего юриста отцовской фирмы?

— Доронин Илья Иванович. Он сейчас ведет мои дела.

— Ого! Он же берет за услуги… дорого!

— Так и я не беден, Иван Федорович, – похлопал по плечу Фирсова Макс, а я вновь удивилась, что рука его опустилась точно на цель.

Мне нужно было уйти вслед за Фирсовым. Но я осталась, понимая, что эта наша встреча может оказаться последней – уж очень хорошо помнила о том, что услышала от Веры. И помнила, как образ нуждающегося в моей помощи Юренева после ее слов растаял, стоило мне представить его в объятиях другой женщины. А тут оказывается, что он еще и «не беден». А я-то сдуру пыталась отказаться от денег за продукты! Почувствовав, что краснею, я глубоко вздохнула. «Узнаю, за что унизил, и уйду. Не спрошу сейчас, не узнаю никогда!» – окончательно приняв решение, я села обратно на стул.

На кухню вошла Герда и, устроившись у моих ног, ткнулась носом в ладонь. Я машинально гладила ее по гладкой чистой шерсти, думая о том, что так, как раньше – просто и по накатанной, мне больше не жить…

Работа в лицее не давала ничего, кроме неплохой зарплаты. Детей я не любила, общалась с ними как со взрослыми. Пришли за знаниями – получите. Наверное, и как психолог я была слишком жесткой. Разбирая конфликты, часто вставала на сторону сильного. Если, конечно, тот был прав. Жалеть обиженного считала неправильным – взрослая жизнь сурова, учитесь справляться с проблемами. Конечно, были ребята, которые вызывали симпатию, – умные, пытливые, уверенные в себе. С ними общение доставляло удовольствие. Но любимчиков не было и среди них. Взаимное уважение – основа отношений, так считала я. Так всегда думал Карим.

Игната я не любила тоже. Ровная семейная жизнь, здоровая интимная связь никогда не вызывали ни всплеска восторга, ни чувства отвращения. Приятный секс с умелым мужчиной, хотя и редкий, вполне устраивал, попыток погулять на стороне я не делала, за что Игнат меня и ценил. Я же была благодарна ему за честность. Появившиеся вдруг отношения с другой женщиной он скрывать не стал – переспав с ней, в тот же день удалился ночевать на диван в гостиную.

Смущала меня в нем лишь до сих пор сохранившаяся ревность собственника.

Я бы так и жила, ровненько и без эмоций, если бы не встреча в городском саду с Юреневым. Признать, что жалеть впору себя, а не его (у него-то с личной жизнью все в порядке), было нелегко.

Макс задерживался, а у меня все чаще возникала мысль уйти. Герда, словно чувствуя мои колебания, встала на задние лапы и положила передние мне на колени. Я усмехнулась – не отпускает?

— Прости, у Ивана оказалась еще куча вопросов, я уж думал, он не уйдет никогда! – Макс улыбался.

— Он тебе друг?

— Я бы так не сказал. Добрый сосед – будет точнее. Вот с его матерью мы не в контакте. Проходит мимо, на приветствие не отвечает. Причин не понимаю – это ее сын признался в убийстве моего отца, я-то в чем виноват? Да бог с ней. Ась, не говори о ерунде. Давай о главном. Я десять лет ждал этого разговора!

— Что мешало не ждать, а позвонить хотя бы?

— Ты еще спрашиваешь? Я как, по-твоему, мог к тебе явиться в таком виде? – он дотронулся до своего лица. – Написал тебе одно письмо из армии, как только разместили в казарме. Но ты…