Книга Кукла старого Адама, страница 35 – Марина Болдова

Строков поднялся из подвального помещения и, задержавшись у стойки дежурного оперативника, выписал обещанный жене Одинцова пропуск.

— Что это сейчас было, Родион? Почему он отключился? – Даша резко встала и направилась к плите. – Кофе хочу, достал меня этот разговор с папашей. Ты заметил, что новость о смерти Анны его не удивила? Но вот испугала точно. Я думаю, что вчерашний внеплановый звонок матери не был случайным. Родители все знали и молчали. И врали мне всю жизнь! И Варьке!

— Наверное, для этого были веские основания, – неуверенно произнес муж. Однако своей неуклюжей попыткой защитить родственников жены он только разозлил ее еще больше.

— Какие могут быть основания для вранья?!

— Например, старая тайна. Я не о ситуации с Гафуровым, я об инсценировке гибели Анны. Давай рассуждать логически. Могла твоя мама знать, что Анна осталась жива после взрыва? Могла. Но в таком случае тот, кто организовал спектакль, чтобы дать ей возможность скрыться, сильно рисковал. В те годы нередко информацию добывали пытками.

— Утюгом раскаленным, что ли? – усмехнулась Даша, не веря.

— И им тоже. Катерина Петровна могла бы не выдержать и проговориться. Выбили бы из нее и место, где сестра скрывается, и где деньги лежат.

— Какие деньги?! Что ты мне голову морочишь, Родион! – Даша перелила сваренный кофе из турки в бокал и вновь присела к столу. – Что толку сейчас сочинять детективную историю, не имея ни одного факта. Черт! Надо же Варьке сообщить и Нике.

Связываться с дочерью было слишком рано: в Лондоне было около шести утра. Даша набрала номер Вари, но та сбросила. На ее памяти такое было впервые.

— Ничего себе, Варька сбросила звонок! Нет, ты понял, да? Что у них там происходит?

— Мало ли, наберет сама позже. Ты лучше скайп подключи, а то пропустим вызов отца.

Родион успел принять душ, за ним и она. Они позавтракали, Даша убралась на кухне, выдала мужу чистую рубашку и носки, проводила до дверей – день Варлея был расписан до вечера. Она перенесла ноутбук в гостиную, удобно устроившись в кресле у старой пальмы в кадке – ее Даша перевезла из городской квартиры в дом: деревце, практически захиревшее там, здесь вдруг дало буйный рост. Звонок Вари застал ее за просмотром ленты новостей в интернете. Факт, что за убийство Анны арестовали Одинцова, она всерьез не восприняла. Успокоив сестру, что это наверняка ошибка, Даша сообщила о смерти своей матери.

— Есть еще кое-что, Варь. Мне всегда казалось странным, что матушка не торопится приглашать нас к себе в гости. Помнишь, мы еще обсуждали, что ее новый муж как-то уж очень агрессивно против нас настроен. Тогда мы решили, что это можно объяснить лишь тем, что я ему никто… И соответственно, Варлей и наши дети ему тоже по барабану. В голову не приходила другая причина для отказа общения с нами. Мы его ни разу не видели, матушка продемонстрировала только одну фотографию мужа, да и на ней ему не больше тридцати лет. Как выяснилось, мужик на фото вообще не пойми кто, а Александр Гендель и мой отец Александр Нил – один и тот же человек. Моя мать вновь вышла замуж за отца. Представляешь, они нам с тобой врали, Варь! Я уже даже не знаю, с какого момента это вранье началось: то ли с его бегства в Германию, то ли еще раньше – со дня мнимой гибели твоей матери. Варь, ты меня слушаешь? Что молчишь-то? – Даше показалось, что та отключилась. – Что? А, пришла в комитет. Ладно, поговорим при встрече. Пока.