Книга Замок из золотого песка, страница 60 – Марина Болдова

— Вы правы, сумка дизайнера Маргариты Грабо. Стоимость тридцать две тысячи рублей, выпущена ограниченной партией в двенадцать штук, восемь из которых сшиты на заказ. Вы не знаете, кому она принадлежит?

— Нет, не знаю. А должна? – с вызовом спросила я, не понимая, какого признания добивается от меня следователь.

— Ну, допустим… Посмотрите, пожалуйста, на эти фотографии, – Игнат повернул ко мне экран ноутбука.

— Наши?

— Да, их предоставил фотограф, ангажированный на ваше торжество.

На первом же снимке я увидела себя. Я стояла возле стола молодых, держа в руках небольшую белую сумочку. И это был не мой клатч!

— Не ваша?

— Нет… подождите, это же Ванькина! То есть, моей сестры Иванны. Она попросила меня достать ей из сумки «Зиртек». Я еще тогда подумала, что провести свадьбу на природе при ее аллергии было не лучшим решением.

— Раньше вы эту сумку у сестры видели?

— Нет. Наверное, она купила ее к свадебному платью. Маленькая, изящная вещица… Вот и ремешок… вы, товарищ майор, что хотите сказать? Что моя сестра – убийца?! – вдруг дошло до меня.

— Не спешите с выводами, Марья Семеновна, – Москвин повернул ноутбук к себе. – Этот снимок сделан в шестнадцать сорок.

— И что? – нетерпеливо перебила я.

— А вот этот, – он вновь развернул экран ко мне, – в семнадцать ноль восемь, через семь минут после выстрелов.

В кадре был виден угол стола молодоженов. Я ошалело смотрела на сумочку, лежавшую там. Ремешка не было, она выглядела как косметичка. Я загрузила следующее фото, оно было последним – Ванька и Леонид стояли возле таксомотора. В руках сестры сумочки не было.

— Варианта, что кто-то намеренно подставил вашу сестру, я не исключаю, Марья Семеновна. Очень жаль, что на террасе не работала камера наблюдения, тогда восстановить полную картину метаморфозы с сумочкой не составило бы труда, – попытался успокоить меня Игнат.

Невиновность Ваньки была очевидна даже для майора. То есть кто-то, улучив момент, быстро отцепил ремешок. Это означало только одно – убийца или его сообщник были среди наших гостей. Или же среди обслуживающего банкет персонала. Кроме официантки, на террасу при мне из бара выходил бармен, но он к нашим столам даже не приближался. Еще свадебный торт на тележке вывез лично кондитер, который его изготовил. Получив порцию аплодисментов, он тут же ушел.

Я чуть не забыла Реутова. И вспомнив его, вновь испытала неприятное чувство раздражения, которое возникало всякий раз после общения с ним. Григорий многое скрывал, не отвечал на мои вопросы, да и вел себя странно – сам напросился в номер, начал было оправдываться, а потом спохватился и свернул разговор.

Ну не могла я его не заметить на террасе среди двух десятков примелькавшихся лиц. Его точно там не было. «Если только он не заходил в то время, когда я поднималась в свой номер. Это случилось два раза, я пыталась звонить мужу», – подумала я.

— Марья Семеновна, что-то вспомнили? – прервал мои размышления Москвин.

— Так, ерунда. Прикидываю, кто мог ремешок украсть. Не думаю, что кто-то из наших гостей. Скорее – официантка. Она сновала туда-сюда с сервировочной тележкой.

— Мы опросили девушку. В тот промежуток времени, когда был украден ремешок, она на террасу не выходила. На самом деле, судя по фотографиям, на все действие вору было отведено не более двадцати минут.