Книга Измена. Уже не больно, страница 1 – Ксения Хиж

— Где документы на подписание? — дверь кабинета директора резко распахнулась. Я вздрогнула, сжавшись. Мало мне проблем, так еще этот… Судьба продолжала издеваться надо мной. — Быстро! Ты что, оглохла? Он нарисовался передо мной как черт из табакерки. Красивый, к слову сказать, чертяга. Я выдохнула. Как я могла забыть? Он прав, я как растяпа. Вторую неделю работаю в этом холдинге и все никак не войду в курс дела. — П. простите! — вымолвила, перебирая дрожащими пальцами документы в папке. — Сейчас найду, они где-то были. — Где-то? — гремит его властный голос. Вскидываю голову и смотрю на него испуганными глазами. Какой он свин! И… сумасшедше красивый. В каре-зеленых глазах сверкают молнии, он словно ненавидит всех женщин в округе. И я не исключение. Волосы темные и густые — волосок к волоску, гладко выбрит, бровки-домики и чуть полноватые губы. — Контракт на сто миллионов! Вероника! — Ищу. — Выпаливаю, закатывая глаза. — Через пять минут чтобы они лежали на моем столе! — выдыхает, гневно расстреливая меня взглядом. — Ага! — выдыхаю. Уйди уже поскорей! Исчезни исчадие Ада. Когда он рядом, меня трясет! Он, словно услышав мои молитвы, возвращается в кабинет, громко хлопает дверью. А я, шмыгнув в носом, пытаюсь не разреветься. Вот скотина! Тоже мне гад какой! Чувствую, что ненавижу всех мужиков на свете, все они одинаковые! В груди раздирает болью от предательства самых любимых и родных мне людей. Прошел месяц, но мне не становится легче. А еще этот придурок… каждый Божий день заставляет меня нервничать и бояться его. Какой он гад! Какой он мерзкий! И невероятно хорош. Красивый, как Бог. О, Господи, как он меня достал! — Какой он гад! — выдыхаю и беру протянутый мне Лидочкой бумажный платок. Она работает секретарем здесь вот уже пять лет. У нас одна приемная на двоих, потому что директора в этой фирме два. Но ее начальник в отличии от моего — умный и порядочный. Всегда вежливый и учтивый. Два брата, а разница колоссальная. — Да ты не принимай близко к сердцу, — советует она, переходя на шепот. — Кирилл Александрович классный мужик. Просто у него период сейчас сложный. На нервах он. Контракты горят и дома у него беда… Разводится он. — Серьезно? — смотрю на нее удивленно, поднимая взор. Даже перестаю плакать, замирая. Надо же, как и я. Тоже в процессе развода. Видать тот еще ходок! Ненавижу вдвойне! — А что он так? Изменил? — усмехаюсь, кривя губы. — По нему видно, что ни одной юбки не пропускает. Хотя нет, он же ненавидит женщин! Он может, того? — Ты что?! — ахает Лида. — Он же такой красивый и состоятельный, всем у нас в офисе нравится. Всегда по нему сохли. Но он верный, — вздыхает она грустно, а потом мечтательно закатывает глаза. — Был. Был верный, Никусь! Теперь-то он откроет зеленый свет для всех баб в округе, боль то надо как-то глушить! Клин клином, как говорится! Лучшего лекарства чем женское тело еще не придумали! Она хищно улыбается, поправляя свой бюст третьего размера. Смотрю на свою скромную двоечку и мотаю головой. Снова смотрю на нее — красивая, высокая, статная. Я мелкая и располневшая. Да и плевать! На стрессе достаю из стола булочку и сую в рот. Снова смотрю как Лида красит губы, любуясь на себя в зеркало. Сколько ей?

Пожалуй, лет тридцать. Директору насколько знаю тридцать три. Наверное, она в его вкусе. Мне двадцать шесть и мне кажется, что между мной и этим чудовищем — пропасть. Воспринимаю его как взрослого мужика, не знающего чувства такта. Не к месту вспоминаю мужа-изменщика и на глаза снова наворачиваются слезы. Я ему покажу — разжирела и шрамы! Вот похудею и выиграю какой-нибудь конкурс красоты! — Ой, у тебя булочка? — спрашивает тощая Лида шепотом и смотрит на мое лакомство блестящим взглядом. — Дай откусить? — Забирай. — Пожимаю плечами. Я поправилась всего на пару кило, а муж сразу жирная. Он всегда любил кости… — Он представляешь все для нее делал, весь мир у ее ног положил, от рака даже вылечил! — Жуя шепчет Лида. — На первой стадии, лекарства из-за границы дорогущие выписывал, лучших врачей. А она отплатила ему изменой. Он гордый, уважающий себя, взял и выгнал. Месяц прошел, чуть больше. Как и у меня, думаю. И кривлюсь: — От хороших мужей жены не уходят. И не изменяют! — говорю злорадно. И очнувшись, торопливо собираю листки договора. Цепляю скрепку и поднимаюсь с места, оттягивая чуть большеватую юбку. Купила на размер больше, готовясь еще разжиреть. Вкусная еда и ночной жор — мое любимое теперь занятие. — Удачи! — шепчет Лида и я киваю. Хочется перекреститься, но я сдерживаю себя. Перед встречей с этим сатаной мне уже никто и ничего не поможет! *** Дверь открывается, и эта пигалица переступает порог моего кабинета. Убираю коньяк в шкафчик — да-да, попиваю на работе по вечерам. Хочется вообще забухать, но дела не дают расслабиться. Против воли оцениваю ее мужским взглядом. Стройные ноги, круглая задница, обтянутая черной юбкой, белая блузка с рюшками. Чуть полноваты бока и щечки, но это не критично. Ну нимфетка какая-то! Морщусь. Да она такая же, как и все остальные. Будущая изменщица, а может, уже. Верных нынче по ходу нет. Все с ума посходили — свобода, деньги, развлечения. Нет нынче ценности семьи и брака. Вспоминаю бывшую и хочется кому-нибудь вдарить. — Принесла? — говорю специально громко и грубовато. — Ну? Чего встала?! Она вздрагивает и семенит к столу. А я ненавижу ее за смазливое лицо. Моя бывшая тоже была смазливой. Предательница! Рычу, приподнимаясь в кресле и тут же падаю обратно. По телу словно иголки. А в груди все еще стягивается в узел растоптанное в хлам сердце. Даже сына не пожалела, выдра! Сердце кровью обливается как подумаю, что он вырастет теперь в неполной семье. Мои родители сорок лет вместе, и я всегда думал, что у меня будет так же. Венчаться хотел. Как мои родители — всю жизнь рука об руку. Наивный. Идиот! — Ну же? — рыкаю. — Долго будешь тупить?! Она протягивает мне документы, и я вырываю их из ее рук. Ногти у нее короткие, выкрашенные в монашеский прозрачный лак. И вся она какая-то зажатая, скромная, не раскрытая. У нее парень вообще есть? Замухрышка! Моя была яркая. Во всем. — Сядь! — командую. — Убираю договор на край стола и смотрю этой пигалице в глаза. За пять лет брака и четыре года, пока встречались с бывшей, ни разу не посмотрел на другую. Ну чтобы так, по-мужски, с какой-то целью. Не надо было. Детей еще хотел. А она… Мотаю головой. Смотрю на Нику как мужик, откровенно скольжу взглядом, оценивая.