Онлайн книга «Измена. Уже не больно»
|
Согласна с тобой — это очень удобно. Поднимаю на него взор. Смотрю прямо в глаза. И выплевываю: — Да пошел ты на хрен, козлина! Толкаю спиной дверь и вываливаюсь вместе с чемоданом на лестничную площадку. Ну конечно. Явилась… Бывшая подруга Марго стоит у лифта и нервно переводит взгляд с него на меня. — Поговорили? — спрашивает. Мотаю головой. Какая мерзость. Иду к лестнице, потому что к лифту мне подход перекрыт этой крысой. Пару раз… Так ненавидел, что на пару раз она пришлась… фу, как противно! — Ника, стой! — орет он опять мне в спину. — Зачем ты сейчас пришла? — бросает тихо Маргоше. — Пусть идет! — вижу в отражение окна подъезда, как эта рыжая бестия хватает его за рукав. — Ника, возьми деньги на первое время! — Вася трясет купюрами мне в спину, наступает на мой чемодан, не давая тому сдвинуться с места. Этот черт заставляет меня остановиться. Я спустилась только на три ступеньки, огромный неподъёмный чемодан застрял на первой не без его участия! — Не надо, у меня есть! — бросаю отрывисто. — Отпусти! — Что у тебя есть? Нет ничего, я же знаю! — Обо мне есть кому позаботиться! — выдыхаю. — Кому это? — спрашивает удивленно муженек. И у него такой вид сейчас… Смеюсь под нос. Тяну на себя чемодан, дергаю рывком, прилагая силу. — У меня есть другой мужчина! — бурчу. Вру безбожно. Да лучше бы так и было! — Не пиз*и! — ревет Васька. — Возьми деньги! И через три дня чтобы вернулась! Несколько тысячных купюр летят мне прямо в лицо. И сквозь этот ворох я вижу озлобленное лицо мужа. И кажется, что такой он и есть, а все остальное лишь маска. Оступаюсь и кубарем лечу вниз. Глухой удар заставляет все тело онеметь от боли, а голова и вовсе раскалывается, темные мушки перед лазами становятся беспросветной бездной, в которую я лечу. Замираю, не шевелясь. Как меня все достало! Как так… Почему я? Почему мне? За что? — Он что, в отключке? — слышу испуганный голос этой змеи. — Ника! — рычит муженек и торопливо топает по ступенькам. Проверяет мой пульс. — Жива… вроде. — Фух! Я уже думала куда везти закапывать! — добавляет эта швабра. Дубль три, ярость снова в деле. Не открывая глаз, хватаю его за первое что попадётся. Это лицо. Одной рукой за ноздри, дергая со всей силы, царапаю его рожу. Пальцами второй руки сжимаю его шевелюру и трясу. Он хрипит от боли. А я улыбаюсь. Все-таки горсть успокоительных действует. Мне больно и обидно, но спокойно. Рыжая летит к нему на помощь, и они вместе мутузят меня. Она лупит меня по лицу, он, поднимая на ноги, обездвиживает. Толкает с силой к стене и прижимает всем своим весом. Чувствую на щеке порез от ее когтей, снова бросаюсь вперед и вцепляюсь ей в волосы. Она визжит как резаная на весь подъезд, он хрипит, разнимая нас. Бью со всей силы наотмашь ее по роже и пока она хватается за разбитые губы, выдираюсь и несусь за чемоданом. Нажимаю на кнопку лифта и тот открывается, как ни странно, аккурат на нашем этаже. Залетаю в лифт, нажимаю на кнопку первого и отвешиваю смачный поджопник этой лярве, когда она летит к лифту, но он ее перехватывает, разворачивая к себе. От души пинаю ее носком кроссовка и с улыбкой смотрю как она взвизгивает от боли. Двери лифта закрываются. Но на первом меня ждет сюрприз. Мой муженек, запыхавшись от пробежки по лестнице стоит у выхода и трясет пальцем. — Ника! Подумай тысячу раз. Я не дам тебе развода, учти! — Ты больной! — выдыхаю. — Я жила с неадекватом! Там твоя любовница пришла, а ты за мной бегаешь! — Куда ты сейчас? На ночь глядя?! — За мной приехали! Отвали! — Хахаль твой? — взвизгивает Василий и цепляет меня за одежду пальцами. — Все-таки завела любовника, м? В его глазах ревность и ненависть. Бесится весь, подпрыгивая на месте. Нарцисс! Ох, как его задело! — Завела! И он лучше тебя во всем! Пошел на фиг! Отбиваюсь от него и несусь с чемоданом на выход. Выбегаю на улицу на приличной скорости и не успеваю затормозить. Слышу визг тормозов и падаю прямо под колеса черного автомобиля, который проезжает мимо. Снова глухой удар, только уже под ребра. Заваливаюсь перед капотом на мокрый от дождя асфальт. — Да что ж такое? — кричит водитель, выбегая из машины. — Любимый, прости! — говорю, поднимаясь и вешаясь к мужчине на шею. Он в ступоре смотрит на меня. Высокий, в черном пиджаке, солидный, красивый. Подаю ему знаки глазами, чуть ли не выкатываю их из орбит, и он недоуменно смотрит на Василий за моей спиной. — Ты не ушиблась? — спрашивает учтиво. И голос его звучит мягко, по-родственному. — Нет, милый. Все хорошо. Поедем? — Поедем. — Кивает и ведет меня к пассажирской двери. Сесть не успеваю. Васенька рвется в бой. Кидается на дядьку, но тот видно — старше. Опытнее и сильнее. Незнакомец без разбирательств бьет Василия по голове. Не кулаком даже, а так затрещину. Позорный подзатыльник как нашкодившему коту. И невозмутимо поднимает мой чемодан, убирает его в багажник, обходит машину и садится за руль. Вася все это время стоит истуканом и держится за ушибленное место. Смотрит с таким удивлением на происходящее. Его нижняя губа дрожит, а в глазах страх и неуверенность смешались с неверием. Ну поплачь, милый, может легче станет… Показываю ему язык. А саму всю трясет! Незнакомец подает голос, переключая все внимание на себя. — По дороге мне все объяснишь. Поверил, потому что ты заплаканная. Это что за петух был? Мамкин абьюзер? — Ага, типа того. Спасибо! — Хмыкаю. — Я заплаканная? Серьезно? — трогаю пальцами свое лицо. То и вправду мокрое от слез, а я и не заметила. — Куда едем? — В гостиницу. В любую. Мне некуда… — Понял. Он нажимает на газ и автомобиль срывается с места. Только сейчас осматриваюсь и бросаю внимательные взгляды на мужчину. Машина чертовски дорогая, как стоимость Васькиной квартиры точно. И что он забыл у нашего подъезда? Наш район для малоимущих больше… Сам мужчина тоже… дорогой. Часы — не часы, парфюм шикарный, щекочет мне нос, и я с блаженством вдыхаю. — А вы как у нашего дома оказались? — спрашиваю. — Коллегу подвозил. — Говорит мужчина. Кошусь на него. На вид ему лет сорок. Модная стрижка у барбера, ухоженная бородка. — Ясно, — киваю, смотрю на дорогу. Прошел ливень и везде лужи, которые он старательно объезжает. Потому что ямы на дороге у нас глубокие… — А ты как угодила в такую передрягу? — спрашивает чуть хрипловатым голосом. — Сама не пойму, — выдыхаю. — Но так бывает, оказывается. — Парень твой? — Муж! — Даже муж? Ничего себе. От мужа да в ночь убегать? Сильно поссорились, видать. |