Книга Развод. Две жены, одна правда, страница 63 – Елена Валерьева

— На ком?

Алина смотрела на меня так, будто ожидала взрыва. Не дождалась.

— На женщине из Лондона. Она работает с ним в одном фонде. Дочь какого-то очень влиятельного человека. Кажется, он опять строит себе правильную жизнь.

И вот тут что-то внутри меня все-таки дрогнуло. Не любовь. Не ревность. Скорее глухое, почти физическое отвращение. Потому что, оказывается, некоторые мужчины не умеют быть одни даже между своими катастрофами. Им обязательно нужна новая сцена, новая роль, новая женщина, на фоне которой они снова будут выглядеть цельными.

— И зачем ты мне это говоришь? — спросила я.

Алина поджала губы.

— Потому что он рассказывает везде, что это ты ушла к другому мужчине, пока он пытался все исправить. И что он… пережил это и нашел силы жить дальше.

Я смотрела на нее и чувствовала, как во мне медленно закипает злость. Не та старая, истеричная. Новая. Чистая. С ледяным центром.

— Очень красиво, — произнесла я. — Просто герой романа.

— Я подумала, ты должна знать. Особенно если эта история дойдет до тебя уже в другой упаковке.

— Спасибо.

Она явно не ожидала этой спокойной благодарности.

— Ты не удивлена?

— Нет, — ответила честно. — Матвей всегда любил не женщин. Он любил картинку себя рядом с женщиной.

Алина отвела глаза.

— Да.

Я сделала глоток воды. Посмотрела на нее внимательно.

— А ты зачем мне это принесла? Не из милосердия же.

Она долго молчала. Потом сказала:

— Потому что я тоже устала быть частью его версий.

Вот теперь я ей поверила. Не до конца. Не навсегда. Но в эту секунду — да. Потому что у женщин, которых один и тот же мужчина использовал для разных ролей, со временем появляется одинаковый взгляд. Взрослый. Горький. Очень трезвый.

— У тебя все? — спросила я мягче.

— Да.

— Тогда удачи тебе, Алина.

Она подняла на меня глаза.

— Ты счастлива?

Раньше я бы возненавидела этот вопрос из ее уст. Сейчас — нет.

— Да, — сказала я. — Очень.

Она улыбнулась едва заметно. С грустью. Но без яда.

— Хорошо. Значит, хоть кто-то из этой истории вышел живым.

Когда она ушла, я еще пару минут сидела на месте, переваривая услышанное. Потом ко мне подошел Макс. Сел напротив.

— Ну?

Я вздохнула.

— Матвей женится.

Лицо его не изменилось. Только в глазах мелькнул быстрый, внимательный блеск.

— И что ты чувствуешь?

Я задумалась. Серьезно задумалась. И вдруг поняла ответ.

— Ничего.

И, господи, какой же это был чистый воздух.

--

На шестнадцатой неделе я впервые почувствовала, что беременна не головой, а телом. До этого все было как-то абстрактно: тест, УЗИ, анализы, странная усталость, гормоны, растущая грудь, осторожность во всем. Но однажды ночью я проснулась от ощущения, будто внутри меня кто-то легко постучал. Изнутри. Так мягко, что я сначала решила — показалось. Потом снова. Маленькое, едва уловимое движение. И я замерла. Сердце ударило где-то в шею.

— Макс, — шепнула я. — Макс.

Он вскинулся мгновенно.

— Что? Болит? Тошнит? Скорую?

— Тихо. Тихо, господи. Кажется… Он шевельнулся.

Макс застыл. Прямо в полуподъеме.

— Что?

— Или она. Не знаю. Но я… Я почувствовала.

Лицо у него стало таким, что я едва не расплакалась раньше времени. Как у мальчика, которому сейчас покажут чудо, а он боится моргнуть и пропустить.

— Можно? — спросил он шепотом, будто ребенок внутри меня уже умел обижаться на громкие голоса.