Книга Развод. Цена многодетного счастья, страница 31 – Ира Орлова, Виктория Ким

Днём всё закручивается в привычный хаос — Соня, её занятия, срывы, которые мне уже не под силу купировать так, как раньше, потому что нервы натянуты до предела. Маша, которая ведёт себя спокойно, но слишком часто молчит, а от этой её тишины мне хочется закричать. Дима, который спрашивает, когда я смогу прийти на его тренировку, а я в очередной раз не знаю, что ему ответить, потому что я вся в работе, в быте, в постоянном ощущении, что еще чуть-чуть, и я упаду без сил.

На автомате открываю сайт суда, ищу список документов, которые нужны для развода, и в голове пульсирует одно — я должна сделать это быстрее, чтобы наконец получить пособие, чтобы требовать алименты. Потому что пока мы с Сергеем в браке, государство считает нас полной семьёй. Считает, что я могу жить на его зарплату, которая мне больше не принадлежит, а значит, я должна тянуть всё одна, пока он где-то там устраивает себе новую жизнь.

Я прихожу в МФЦ, беру талон, сажусь на диванчик, закрываю глаза, но тут же открываю их снова, потому что боюсь, что если задремлю, то не услышу свою очередь, потому что сон сейчас — это роскошь, а мне нельзя роскоши, мне нужно успеть всё, мне нужно выйти из этой проклятой ямы, в которую я угодила.

Слышу свой номер и подхожу к окошку. Кладу на стол собранные бумаги, чувствую, как сотрудница скользит по ним взглядом. Затем поднимает глаза на меня и на мгновение задерживается, будто считывает, сколько усталости у меня на лице и бессонных ночей у меня за спиной. В её взгляде мелькает что-то похожее на сочувствие.

— Вы уверены?

Я смотрю на неё и понимаю, что никаких сомнений не осталось.

— Абсолютно.

Она кивает, ставит штамп, и вот она — ещё одна точка в истории. Финальный шаг. Дверь, за которой нет возврата.

Через месяц мы больше не будем мужем и женой. И я очень надеюсь, что Сергей не будет вставлять палки в колеса, а сделает все цивилизованно.

Выхожу на улицу, щурясь от яркого дневного света, от которого режет глаза, чувствую, как наваливается усталость, накатывает тяжёлой волной. Хочется сесть прямо здесь, на лавку, закрыть глаза и просто забыться, хотя бы на пару часов отключиться от всего. Но я знаю, что этого не будет, потому что день только начался, меня ждёт Соня, а вечером снова смена.

За это время Сергей ни разу не звонит. Не пишет. Не появляется в доме. Он просто исчез.

Для нас — для своих детей, той семьи, которую он когда-то называл самым главным в жизни — он словно испарился, будто этих двадцати лет не было, будто Маша, Дима и Соня для него — не кровь и не плоть, а просто прошлый этап, который можно оставить позади, как надоевшую историю.

Не знаю, что он сказал себе, чтобы оправдать это. Может, он убедил себя, что я сильная, справлюсь, что дети не так уж в нём нуждаются, что они сами когда-нибудь поймут его выбор. Или думает, что они привыкнут, что примут, что это не его ответственность — как они переживут его уход.

Но я знаю одно. Это — точка.

Не измена. Не то, что он жил двойной жизнью. Не его желание быть с другой женщиной. А именно его наплевательское отношение к нам.

Я, наверное, смогла бы простить, как-то это принять, если бы Сергей хоть раз за эту неделю пришёл и нормально объяснился, постарался бы быть хорошим отцом, осознав свои ошибки. Хотя бы попытался бы что-то изменить. Но он просто оставил нас.