Книга Развод. Цена многодетного счастья, страница 86 – Ира Орлова, Виктория Ким

Медленно сажусь, натягивая на плечи мягкий свитер, и думаю о Сергее. Почему он так внезапно изменился? Почему вдруг решил вспомнить, что у него есть дети и ответственность?

Во мне рождается неприятное подозрение, что вся эта демонстративная забота — не что иное, как очередная его попытка удобно устроиться в нашей жизни. «Слиться с местностью», аккуратно вернуться в привычный для него уклад, не встретив сопротивления.

Но на этот раз я больше не собираюсь поддаваться. Хватит. Доверие, однажды сломанное, невозможно восстановить парой красивых жестов и громких обещаний.

Я не пущу его обратно. Не дам снова разбить мне сердце, не позволю снова стать той слабой Мирой, которая жила ради него, растворялась в его «завтра будет лучше». Нет, я выстояла одна, с тремя детьми, с ночными сменами, с матерью, которая вечно лезет со своими ядовитыми советами. Я не для того выгребала из этого дерьма, чтобы он пришёл и сделал вид, что ничего не было.

Дети — другое дело. Маша ненавидит его, Дима молчит, но я вижу, как он напрягается, когда Сергей рядом. Соня… она тянется к нему, и это единственное, что колет меня изнутри. Но даже ради неё я не стану притворяться, что всё можно склеить. Он может быть отцом, если хочет, но не мужем. Не для меня. Я слишком долго была одна, чтобы снова рисковать собой. Пусть доказывает детям, что он не пустое место, а я останусь в стороне. Моё сердце больше не его территория.

Встаю с кровати и подхожу к зеркалу. Из отражения на меня смотрит усталая женщина с потухшим взглядом и глубокими кругами под глазами. Сергей помог мне сегодня, это правда, но сможет ли он действительно измениться? И самое главное — нужна ли мне такая перемена, если моё сердце всё ещё помнит, каково это, быть преданной?

Я глубоко вдыхаю, собирая волосы в пучок, и решаю, что больше не позволю себе быть слабой и наивной. Больше никаких иллюзий. Дети заслуживают видеть сильную мать, а не ту, кто снова готова поверить в красивые слова мужчины, который однажды уже всё разрушил. Напрасно он думает, если один раз повёл себя как отец, то всё будет забыто? Мои пальцы дрожат, пока я завязываю волосы резинкой, но внутри нарастает новая, почти отчаянная решимость.

День проходит в странном, почти сюрреалистичном спокойствии. Я настолько отвыкла отдыхать, что поначалу даже не знаю, что с этим делать. Брожу по квартире, заглядываю в детские комнаты, привычно вытираю пыль с полок, хотя это уже сделал Сергей, а потом, поймав себя на бесполезности этих действий, решаю наконец-то заняться собой.

Наполняю ванну горячей водой, добавляю ароматическую соль, которую купила месяца два назад, но так и не воспользовалась. Опускаюсь в воду, закрываю глаза и на мгновение позволяю себе полностью расслабиться. Напряжение в мышцах медленно отступает, оставляя место непривычной лёгкости. Я даже улыбаюсь, почти забытым ощущением комфорта и спокойствия.

После ванны принимаюсь за дела, которые откладывала неделями. Перебираю шкафы, сортирую вещи, выкидываю старые счета, списки продуктов, записки, которые больше ничего не значат. Готовлю обед, нарезая овощи медленно и спокойно, не спеша, как будто у меня впереди целая вечность. Это странно, но приятно.

Однако моё спокойствие разрушается, когда после обеда громко хлопает дверь, и в прихожей появляются Маша и Дима. Лица у обоих хмурые, глаза усталые, и я сразу понимаю, что сегодня явно не их день.