Книга Кекс-бомба для комдива, страница 29 – Ольга Коротаева

Кажется, что вот-вот провалюсь под землю! — Но… — Похоже, Полина Денисовна решает, что её муж шутит, и решает подыграть. Протягивает ему пакет. — Кто же тогда мне подарил это? — Я, — проталкиваю каждое слово, будто сквозь стекло. Метнувшись к женщине, беру её руку и смотрю умоляюще, мысленно прося прощения. — Принесла вам… — Что?! — Полина Денисовна сильно округляет глаза. — Кексы! — заканчиваю и быстро достаю из пакета коробочку из кулинарии. — Вот. Пакет же завожу за спину и отступаю на шаг, мечтая сбежать прямо сейчас, но утыкаюсь спиной в Тимура. — Ты знала о дне рождения моей мамы? — улыбается он и протягивает Полине Денисовне букет. — Поздравляю! — И я, — добавляет его отец и выводит руки из-за спины. Сразу становится понятно, почему работница, забыв про гостью, бежала за тряпкой, ведь в руках мужчина держит крохотного щенка. — А там что? — спрашивает меня Тимур и указывает на пакет. — Подарок тебе, — принимая щенка на руки, хитро отвечает его мама, а потом сюсюкает с собачкой: — Ты такой милый! Прямо как мой Норик! Дорогой, спасибо. Но почему ты решил подарить мне щенка? — Когда ты вспоминала о Норике, то улыбалась, — скупо признаётся тот. — Улыбайся чаще. — Мика, ты останешься на праздничный ужин? — спрашивает меня Полина Денисовна. Хочу отказаться… Нет! Оказаться на другом краю света, ведь сгораю от стыда, но Тимур отвечает: — Конечно. Моя девушка с удовольствием останется, мам. — Девушка? — отрывисто уточняет его отец, и тон Студёного-старшего леденеет. — А не слишком ли быстро… Но его жена накрывает ладонь мужа своей и шепчет: — Ты обещал. Как только он получит генерал-майора, то будет делать что захочет. А потом обращается к сыну: — Пока Марина готовит, покажи Мике дом. Тимур ведёт меня к лестнице и, когда мы оказываемся на втором этаже, вталкивает в одну из комнат, где жадно целует. А потом шепчет на ухо: — Что же за подарок в пакете? Я заинтригован! Обречённо достаю красную тряпочку, и в глазах Тимура зажигается тёмный огонёк, но я рассказываю обо всём, и вскоре мы оба хохочем над моим позором. А потом Студёный спрашивает: — Ты больше не боишься собак? — С чего ты взял? — удивляюсь я. — Твой будущий свёкор принёс щенка, но ты даже не отреагировала на него. Понимаю, что так и есть. Мне было так стыдно перед родителями Тимура, что я не обратила на собачку внимания. Стоп. «Твой будущий свёкор?» Смотрю на мужчину широко распахнутыми глазами, а сердце из груди будто выпрыгивает. — Это предложение? — Не исключено, — улыбается Тимур и достаёт из кармана бархатную коробочку. — Хочешь узнать, что внутри? Киваю, поскольку не могу говорить. В горле пересыхает, а на глаза наворачиваются слёзы. — Открою её, когда наденешь это, — он кивает на комбинезон. Вот же… — Студёный! — возмущаюсь я. А он смеётся и притягивает меня к себе. Шепчет на ухо: — Хочу наконец съесть свою Кекс-бомбу!

Ужин проходит в напряжённой обстановке. Блюда вкусные, но у меня кусок в горло не лезет, так хочется десерта, который пообещал мне Тимур. Я будто случайно касаюсь под столом его ноги своей и ловлю взгляд, брошенный на меня. Мы улыбаемся друг другу, будто заговорщики. Студёный-старший, перехватив его, неодобрительно качает головой, а потом обращается ко мне так сурово, что по спине ползут мурашки: — Микаэла, как поживают твои родители? Я слышал, что они археологи? Уважаемая профессия! Почему ты не пошла по их стопам, а выбрала… Полина Денисовна, будто истребитель-перехватчик, набрасывается на мужа: — Дорогой, а что ты мне подаришь на день рождения? Демид Русланович благополучно давится остатком фразы и, вытаращив глаза, начинает кашлять. — Марина! — вскочив с места, кричит мама Тимура. — Скорее, воды! Демид подавился. Начинается суета, во время которой Полина Денисовна быстро говорит сыну: — Тебе же пора в часть? Ты говорил, что какие-то дела. — Какие дела в день рождения матери? — хрипит её муж. — Как командир, я приказываю… Но мама Тимура хлопает его по спине так, что тот снова давится, и шикает на сына: — Скорее иди. Тебе ещё нужно проводить Микаэлу. Я не в обиде, ведь ты принёс мне цветы, в отличие от некоторых. Последнее относится к мужу, и тот снова кашляет, на этот раз слегка смущённо. И отводит взгляд. Тимур берёт меня за руку и ведёт во двор. На город уже спустились мягкие сумерки, и над головой одна за другой начинают зажигаться звёзды. Я молча следую за мужчиной, а внутри начинается настоящий пожар. Сердце стучит, на глаза наворачиваются слёзы. Тимур только приехал из части, а теперь снова возвращается? Как же тогда десерт? Студёный шептал, что хочет съесть свою Кекс-бомбу. Не выдержав, замираю, заставляя мужчину остановиться перед машиной. — Что такое? — поворачивается Тимур. — Не хочу домой, — дуюсь я. — Поедем ко мне, — пожимает он плечами. Я расплываюсь в улыбке. — А как же твои дела? — Мама спасла нас от серьёзного разговора, который хотел провести отец, — с улыбкой поясняет Тимур. — Ты хотел сказать — допроса? Моя улыбка становится шире. — Увы, твой будущий свёкор не самый лёгкий человек на свете, — виновато говорит Студёный. — Снова оговорился? — иронично выгибаю бровь. — Так что же в той коробочке? — Хочешь узнать? — жарко шепчет на ухо. — Тогда следуй за мной, Микаэла. Мы едем на его квартиру, где Тимур, стоит нам пересечь порог, тут же вжимает меня в стену и, тяжело дыша, смотрит диким зверем. Очень-очень голодным хищником! По телу бегут мурашки, кожа горит огнём, и каждое прикосновение обжигает меня ещё сильнее. Мужчина очень медленно тянется ко мне, не отрывая взгляда, а потом приникает к губам, так нежно и осторожно, будто пробует сладкие взбитые сливки. Сначала мягко, но напор быстро усиливается, и вот меня целуют настолько жадно, что сердце начинает стучать как сумасшедшее, а по венам растекается лава. — Мика, — оторвавшись на миг, выдыхает Тимур. — Ты… Оденешься для меня? Взгляд его горит, и я коварно улыбаюсь, понимая, о чём он. Подхватив пакетик, ускользаю в ванную, где скидываю с себя всё, облачаясь в ярко-алый комбинезон. Взглянув в зеркало, замираю в неожиданном приступе страха.