Книга Как выйти замуж за ресторанного Индюка, страница 2 – Ирина Серебрянская

— Я специалистка по романам Достоевского. Это, Рита, немного разные вещи. Если пятилетний ребёнок начнёт рассуждать о бунте Раскольникова, я, конечно, почувствую гордость. Но скорее он начнёт рассуждать о том, почему нельзя кидаться макаронами в кота.

Кот — Васька, толстый рыжий нахал, принадлежавший уехавшей на лето соседке из сто тринадцатой, — в этот момент сидел на холодильнике и смотрел на Катю с выражением, которое можно было прочитать только как «ты меня не подведи, я на тебя надеюсь».

— Кстати, о коте, — спохватилась Ритка. — Ваську тоже надо пристроить.

— Я его не брошу, — твёрдо сказала Катя.

Она спрыгнула с подоконника, налила в кружку «Любимой бабушке» остатки вчерашнего чая и сделала глоток. Чай отдавал пластиком и ностальгией.

— В общем, я схожу, — сказала она. — Посмотрю, что это за люди. Но если там какой-то извращенец в халате и с плетью — я ухожу, и ты меня будешь отмазывать перед мамой.

— Договорились, — кивнула Ритка и, подумав, добавила: — А плеть, кстати, это, может, и неплохо. Свяжешь, потом продашь на Авито.

Катя запустила в неё подушкой.

Объявление гласило: «Ресторан «Лимончелло», итальянская кухня, приглашает гостей. Скидка студентам по вторникам». Это было совсем другое объявление, и Катя, честно говоря, пошла не няню искать, а просто поесть. Потому что Ритка выиграла в онлайн-казино три тысячи рублей, и девчонки решили, что боги азарта послали им знак — отметить последний экзамен в месте, где не пахнет жареным луком из студенческой столовой.

Ресторан «Лимончелло» располагался в центре, на улице, где каждый квадратный метр стоил больше, чем Катина стипендия за пять лет. Внутри было прохладно, пахло лимоном, оливковым маслом и деньгами. Мраморные полы отражали свет хрустальных люстр, бархатные диваны были такого глубокого бордового цвета, что хотелось утонуть, а у входа стоял швейцар, глядя на Катю и её подруг с выражением «ну, заходите, если припёрло».

— Мы студентки, — гордо заявила Ритка. — У нас скидка.

— По вторникам, — напомнил швейцар.

— А сегодня что? — спросила Юлька, роясь в телефоне.

— Четверг.

Три минуты переглядок. Катя уже открыла рот, чтобы сказать «идём в «Шаурму у дяди Ашота», как швейцар вздохнул и махнул рукой:

— Ладно. Только тихо. У нас сегодня хозяин. С переговоров приехал.

— А нам-то что? — удивилась Катя.

Швейцар ничего не ответил. Только закатил глаза, как человек, который видел слишком много желающих познакомиться с «хозяином».

Их посадили в углу — маленький столик, вид на стойку и на ВИП-зону, отгороженную стеклянной перегородкой. Катя села спиной к ВИП-зоне, потому что не хотела случайно увидеть кого-то важного и тем более не хотела, чтобы этот кто-то важный увидел её сиреневое платье.

Платье она любила. Сиреневое, в мелкий белый цветочек, с пышной юбкой и рукавами-фонариками — его Катя купила в секонд-хенде за четыреста рублей и собственноручно перешила, убрав лишний объём на талии. В этом платье она чувствовала себя уютно, как в детстве, когда бабушка укутывала её в пуховый платок. Но при этом платье делало её похожей на кекс в праздничной упаковке — аппетитный, с сахарной пудрой на макушке, такой, что хочется откусить.

— Тебе идёт, — сказала Ритка, когда они заказали пасту карбонара, салат «Цезарь» и на десерт — фирменный лимонный тарталет с безе. — Ты сегодня похожа на фею-сладкоежку.