Книга Измена. Отчаянное пари, страница 13 – Кира Фарди

За последние три недели это впервые, когда мне хочется смеяться. — О, над речью поработать тоже надо. Этот мажор вытаскивает смартфон и начинает записывать, бормоча себе под нос: — Первое, привести в порядок внешность. Второе, научить ее изящно говорить. Третье, привить светские манеры. Четвертое… — Эй, господин, а вы кто? — не выдерживаю я. — Я? — он вскакивает. — Простите, забыл представиться. Я Павел Сикорский, ваш куратор по преображению. Сикорский? Воспоминание мелькает в голове, но не успеваю ухватить его, как оно исчезает. Где-то я ужу слышала эту фамилию. Но где?

Пока Павел расставляет по пунктам свою работу со мной, я приглядываюсь к нему. Он кажется мне знакомым. Неужели когда-то встречались на одной тусовке? Перебираю в голове наши с Киром развлечения. Муж любил похождения по клубам, говорил, что в таких местах завязываются новые связи и устанавливаются нужные контакты. Не знаю, что он там завязал и установил, я смотрела тол ко на него. В сердце разливается такая тоска, что жизнь опять кажется беспросветной чередой неприятностей. Зачем я влезла в эту? Может, зря? Тут мажор повернулся ко мне, улыбнулся, а свет от шара попал на темную радужку. Она вспыхнула золотом, осветила симпатичное лицо. И опять мелькнуло воспоминание. Где же я его видела? — Мы раньше не встречались? — спрашиваю в лоб и с удивлением отмечаю, как вздрагивает Сикорский всем телом. Твою ж мать! Точно встречались! — Нет. Не помню, — слишком быстро отвечает он. — Вы заказывали у меня проект дома? Приехали! Какой проект, если у меня и сейчас жилья своего нет? Точно! Он что-то темнит. Подозрение наполняет душу. Что-то с этим субчиком не так, но что? «Ладно, разберемся! — решаю про себя я и широко улыбаюсь. — Пока поиграем в несознанку». — Я не помню. Недавно попала в аварию, вот и заработала амнезию. Павел бледнеет, даже меняется в лице, отводит взгляд, словно в чем-то провинился. И тут вспышка освещает мой мозг. Больничная палата, в ней три врача. У одного из них были такие же золотистые глаза. И голос похож. И имя. Вспоминаю, как главврач называл одного медика Павлом. И волновался за меня этот Павел больше остальных. Почему? И сразу в голове вспыхивает куча «почему», на которые нет ответа. Черт! Черт! Черт! — Я видела вас в клинике. Вы приходили ко мне в палату, — дожимаю я мажора догадкой. — Нет, вряд ли это был я, — качает головой он, но по-прежнему смотрит в сторону. — Я архитектор, к больнице не имею отношения. «Ага, как же! Так я тебе и поверила!» — думаю я. И хотя доказательств у меня никаких нет, сомнения остаются. Лучше с осторожностью относиться к этому человеку. — И как мы начнем работать? Что сначала? Павел бросает на меня мгновенный взгляд, вытаскивает договор. — Вы внимательно прочитали документ? — спрашивает он. Я зависаю. Читать-то читала, но была под будто под гипнозом босса. Вдруг что-нибудь пропустила? Тревожный звоночек отдается ударами сердца. — Ну… наверное. — Вот тут указано, что вы должны оставить работу в клубе и переехать ко мне. — Где? — спина покрывается холодным потом: в упор не помню такого пункта. Но палец Сикорского не дает мне усомниться. Отмечаю мимоходом, что руки красивые с ухоженными ногтями, и стискиваю зубы от злости: эти ногти с маникюром напоминают мне о предателе муже. Кирилл тоже любил салоны, где мог провести полдня. — Настоящий бизнесмен должен выглядеть на все сто процентов! — заявлял он и покупал себе самые дорогие вещи. Он ездил на Бэхе, а я на простенькой Мазде. Он периодически устраивал для себя любимого шопинг в Милане, а я покупала одежду в соседнем торгушнике. Но тогда мне казалось, что так и поступают настоящие любящие жены. Растворилась, идиотка, в мужике. — Теперь видите? — вырывает меня из мыслей Сикорский. — Но у вас, это где? В вашем доме?