Книга Измена. Отчаянное пари, страница 11 – Кира Фарди

Я скоро назначу его. — Что мне нужно будет делать? Спрашиваю, а у самой внутри все дрожит от злости, в голове проносятся безумные картинки. — О, тебе понравится! Эти слова босс сопровождает коротким смешком и пододвигает ко мне договор и ручку. «Твою ж мать! — скриплю зубами от злости. — Еще один мужик, который относится ко мне как к вещи. Этот богач абсолютно уверен, что я соглашусь. Вон, даже договор уже приготовил заранее». Делаю паузу, медленно выдыхаю и говорю: — Х-хорошо, но… у меня тоже будет свое условие.

Босс выпрямляется в кресле, с наслаждением втягивает запах сигары, а потом вдруг крошит ее и смахивает остатки в урну. Я узнаю марку этих сигар, одна штучка которых стоит не меньше тысячи долларов. А их у босса целая коробка. У меня просто сердце кровью обливается, когда вижу, сколько денег сейчас улетает в мусорку. При этом я знаю, что Серебрянский не курит. Тогда для чего эти пафосные пасы с разрезанием сигары? Хочет подчеркнуть свою статусность и богатство? Но передо мной не надо выпендриваться, я в его сторону даже не посмотрю. С мозгами все в порядке: отлично понимаю, что его окружают толпы прекрасных женщин, которым я и в подметки не гожусь. «Мажор, твою ж мать! — ругаюсь про себя. — Ишь ты, корчит из себя господина!» — Условие, говоришь? — усмехается босс и выдергивает меня из мыслей. — Хм, и какое же? Я хочу сказать, что главное сейчас для меня — оплатить клинику больному отцу, но вовремя прикусываю язык. Если притворяюсь потерявший память, значит нужно выдерживать игру до конца. — Мне нужны деньги. Половина суммы и прямо сейчас, — выпаливаю я и замираю в ожидании ответа. — Половина? — Серебрянский встает, подходит ко мне и смотрит насмешливо сверху вниз. Букашка во мне начинает метаться и искать щелку, в которой можно спрятаться. Но я упрямо давлю страх на корню, хотя задерживаю дыхание: настолько босс кажется высоким, красивым и внушительным. Нет, сдаваться еще одному мажору не собираюсь. — Да, половина. — Нет работы — нет денег, — пожимает плечами Владислав Андреевич. — Ты свободна. — Что? — вот теперь я по-настоящему теряюсь. — Что слышала. Швабру в руки и вперед, покорять вершины клининга. — А как же договор? — Приз получает та кандидатка, которая выигрывает. — Но это нечестно! За подготовку и потраченное время тоже нужно накинуть. Серебрянский несколько секунд молчит, лишь пристально смотрит на меня. — А зачем тебе деньги? Если нужно срочно, я прикажу дать аванс. — Его слишком мало, — выдыхаю я и понимаю: если не признаюсь, ничего не получу. — Повторю свой вопрос: зачем тебе нужны деньги? — У меня отец лежит в больнице после инсульта, — выдавливаю из себя я. — Я должна оплатить лечение. — Подписывай, — босс пододвигает мне договор. — Назовешь больницу, я оплачу. — К-когда? — А ты наглая девица! Работаешь у меня на птичьих правах, еще и требуешь отчета. — Мне надо срочно. Последние слова даются с трудом. Я не привыкла просить, а тем более умолять. И без того сказала много лишнего. Сейчас он начнёт выяснять моё имя, фамилию, родословную, и придётся выкладывать всё как на духу. А что будет дальше — неизвестно. Могу потерять работу и участие в пари. Чтобы босс не передумал, я хватаю ручку и быстро подписываю контракт. — Ты для начала прочитала бы его, — веселится Серебрянский. — Ой! — спохватываюсь я. — Все, поезд ушел. Босс выдёргивает из-под моих пальцев контракт и прячет его в сейф, потом набирает номер телефона и говорит: — Мария Степановна, к вам сейчас придёт девушка, запишите данные больницы, о которой она расскажет, и оплатите лечение пациента. На душе становится тепло: все же есть в этом мире порядочные люди. За последние три недели я встретила таких дважды. Нет! Даже трижды!