Книга Семь снежных ночей, страница 145 – Цан Юэ

Мяо Фэн не боялся. Со странной улыбкой он взглянул на Мяо Шуй.

Собирается его убить? Очень хорошо… Если так можно всё и закончить, это большая удача.

За несколько мгновений весь его мир перевернулся: благодетель превратился во врага, та, кого он считал врагом, стала сестрой… Шторм из противоречивых эмоций бушевал в его сердце, которое долго оставалось безмятежным, а теперь разрывалось на части.

Отчаяние нахлынуло на него, и он засмеялся, глядя на сестру.

— Мяо Шуй… когда я умру, ты отпустишь целительницу? Она не имеет никакого отношения к миру боевых искусств, а потому не опасна для тебя – зато может оказаться полезной в будущем.

— Ты даже сейчас просишь за неё? – Глаза Мяо Шуй насмешливо сверкнули. Она резко ответила: – Фэн, ты, оказывается, всё-таки способен любить не только главу клана!

Даже когда жизнь Мяо Фэна висела на волоске, он не раскрыл Мяо Шуй их родства, а просто спокойно продолжил:

— Прошу тебя, отпусти её. Я был бы очень признателен.

Мяо Шуй улыбнулась и занесла меч.

— Даже не знаю… Зависит от настроения.

А затем резко опустила руку. Сверкнула сталь.

— Ями! – горестно воскликнула Сюэ Цзые, изо всех сил пытаясь дотянуться до него. – Ями!

Но как она ни старалась, не могла достать золотую иглу, вонзившуюся ему в поясницу, как не могла и остановить меч…

Мяо Шуй замерла как громом поражённая.

Кончик меча остановился. Женщина стремительно развернулась, отшвырнула Мяо Фэна в сторону и рванула к себе Сюэ Цзые.

— Что?! – яростно прошипела она. – Как… как ты его назвала?! Повтори!

Взгляд Мяо Шуй стал почти безумным.

— Ями… – растерялась Сюэ Цзые. – Разве ты не знаешь настоящее имя Мяо Фэна?

Воспользовавшись замешательством Мяо Шуй, Сюэ Цзые слегка шевельнула пальцами и вытянула золотую иглу из точки на пояснице мужчины.

— Я… Ями? – Женщина недоверчиво уставилась на человека, которого она много лет знала как опасного убийцу и слугу владыки. Её голос дрожал. – Мяо Фэн… может ли быть… что ты…

Она запнулась, так и не закончив, потому что увидела под разорванной полой одежды Мяо Фэна били: рожок, на котором так часто играли люди Западного края. Инструмент был сделан из рога и украшен серебряными узорами. Некогда ярко-жёлтая кисточка на нём совсем выцвела.

Рука Мяо Шуй, сжимающая меч Лисюэ, задрожала.

Она склонилась и подняла били, повертела в руках. На глаза у неё навернулись слёзы, и она, повернув голову, взглянула на Мяо Фэна. Тот тоже смотрел на неё – и сквозь его облик она увидела перед собой маленького мальчика, который, дрожа, прятался в её объятиях много лет назад.

Вдруг меч со свистом рассёк воздух и снова упёрся ему в грудь.

— Ты… ты лжёшь, верно? – зло спросила Мяо Шуй. Казалось, она усилием воли подавила гнев и криво улыбнулась. – Да никакой ты не Ями! Ями умер больше двадцати лет назад!

Он боялся простой нож в руки взять – так как ты, лучший убийца владыки, можешь быть моим братом?

Мяо Фэн смотрел на неё по-прежнему безмятежно, словно желая сохранить в сердце облик сестры.

— Да. – Он вдруг улыбнулся. – Ями и правда умер. Я лгу.

Мяо Шуй вздохнула с облегчением, сжала губы и снова взмахнула мечом. Она больше не колебалась и, услышав желаемое, смогла убедить себя, что оставлять в живых этого человека нельзя.

— Ями! – воскликнула бледная Сюэ Цзые. – Уходи же!