Книга Баллада о нефритовой кости. Книга 2, страница 85 – Цан Юэ

— Что? – Чжу Янь опешила.

Но лекарь Шэнь Ту не был склонен отвечать, он вытащил из-за пазухи свернутый в рулон кусок полотна и развернул его. Десять аккуратно разложенных серебряных игл блеснули в свете пожара. Затем он достал маленькую плоскую шкатулку, полную разноцветных пилюль и эликсиров.

Чжу Янь удивилась: в огне битвы, спасая свою жизнь, этот человек нашел время рассовать по карманам все свои пожитки.

— Вот только вряд ли базовые заклинания пяти стихий довели бы ребенка до такого состояния, – пробормотал лекарь Шэнь Ту, ощупывая тело Сумо. – Наверняка была и другая причина.

В этот миг прогремел орудийный залп, земля содрогнулась, и стена, за которой они скрывались, рухнула. Чжу Янь взмахнула руками, разметав падающие камни, с тревогой взглянув на старика и ребенка.

Вдалеке послышались звуки атаки: видимо, солдаты императора уже достигли места последней битвы. Княжна не находила себе места, переживая за Юаня, но покинуть лекаря Шэнь Ту и Сумо не могла.

Старик сунул пилюлю в рот ребенка, а затем, растерев на ладонях целебное масло, несколько раз надавил ему на живот, ровно там, где была опухоль. От его прикосновения Сумо дернулся и застонал. За последние два дня он впервые издал хоть какой-то звук.

— В чем дело? – воскликнула Чжу Янь.

— Эта штука тоже вредит. Неудивительно… – глаза лекаря вдруг холодно сверкнули, он потер руки в легком волнении. – Значит, откладывать больше нельзя. Если сейчас же не удалить ее, в скором времени он умрет. Давай сделаем это!

Чжу Янь не понимала, о чем он говорит, но старик поднял голову и приказал:

— Помоги мне его держать.

Княжна наклонилась, чтобы помочь лекарю. Она обхватила руки и ноги ребенка, тонкие, словно тростиночки. Казалось, возьмешься крепче, и они переломятся. Сумо тут же свернулся в клубок, крича от боли. Испугавшись, княжна ослабила захват.

— Тупица! Кто сказал, что можно отпустить? Держи сильнее! – разразился бранью старик. – Не послушаешься меня, убьешь его! Поняла?

Кроме наставника, никто больше не смел ругаться на княжну. Чжу Янь хотела было вспылить, но сейчас была не та ситуация. Сейчас не время ссориться с лекарем. Она подавила свой гнев и, опустив голову, снова прижала Сумо к земле.

— Так достаточно?

— Да, так и держи! Не позволяй ему двигаться! – лекарь Шэнь Ту строго тыкнул в нее пальцем. – Если я разрежу не там, его маленькой жизни придет конец! Поняла?

Не успела Чжу Янь опомниться, как перед глазами промелькнула холодная вспышка. Окровавленный, одетый в лохмотья старик громко крикнул, вскинул руки и одним мощным, размашистым движением всадил двенадцать серебряных игл Сумо в голову! Иглы сорвались с пальцев так быстро, что Чжу Янь едва уловила их движение.

Сумо пронзительно закричал и отчаянно забился в руках княжны. В этот момент в умирающем ребенке обнаружилась колоссальная сила. Чжу Янь не уследила, и Сумо смог вырвать одну руку.

— Больно… больно… – невнятно выкрикивал он и морщил лицо.

Ребенок чуть приоткрыл глаза и в ужасе смотрел на княжну. Его бледные губы дрожали, а разум, похоже, был спутан.

— Больно… спаси меня… сестрица, – невнятно бормотал он.

Этот взгляд заставил сердце Чжу Янь сжаться, но она не осмелилась отпустить Сумо.

Лекарь Шэнь Ту работал на пределе своих возможностей, показывая весь свой талант. В мгновение ока двенадцать серебряных росчерков взмыли вверх, и тонкие иглы вновь прошили тело ребенка, вонзившись в акупунктурные точки. Но самое страшное было то, что все эти точки были «смертельными».