Книга Королевская кровь, страница 59 – Дэниел Абрахам

Дарр Синлама насупился:

— Стало быть, нет?

— Нет, – покачала головой Китрин. – Кого-нибудь отыщете. Монолог у вас хороший, его логика увлечет любого, кто склонен увлекаться. Отлично подойдет аристократ, у которого денег больше, чем здравого смысла. Я руковожу банком. Мы зарабатываем деньги не на великодушных жестах и увлекательных приключениях.

— Сочувствую. Значит, считаете, что я мошенник? Пытаюсь сыграть на вашем доверии?

— Нет. Думаю, вы вполне искренни. Однако не стану вас презирать, если это не так.

Дартин кивнул и встал.

— Не выпьете ли кофе? – предложила Китрин.

— Нет, – мотнул он головой. – Спасибо, магистра. Буду искать аристократа, у которого денег больше, чем здравого смысла. Предпочтительно из тех, кого вы еще не обчистили.

В голосе слышалось раздражение. Неудивительно, ведь он надеялся на другой исход.

— Не забудьте драконий зуб, – ответила Китрин.

— Пусть останется у вас. Когда услышите, что я нашел кое-что получше, он вам обо мне напомнит.

— Что ж, спасибо, – произнесла Китрин, провожая его взглядом.

Путешествий вдали от драконьих дорог ей хватило с избытком в тот год, когда она, спасаясь от подступающей антейской армии, пробиралась сквозь снег и мерзлую грязь в повозке с сокровищами, на которые можно купить целый город. Тогда приключение не казалось таким уж захватывающим, однако чем больше проходило времени, тем большей теплотой отзывались воспоминания.

Китрин покончила с кофе и медовой булочкой, слизнула с пальцев глазурь, спрятала в сумку драконий зуб и отправилась к себе.

Дартин, разумеется, прав. О побочных тропах знают не только охотники за сокровищами, но и контрабандисты. Драконьи дороги покрывали изрядную часть континента – но всего лишь часть. Там, где их не было, люди селились мало. Дороги из драконьего нефрита пролегали и через леса, но не через дремучие, поскольку в дремучих вообще не торились пути. Лесорубам было проще добраться до урочища с возрастом сто-двести лет, чем забираться по бездорожью, по крестьянским тропам в чащобу к тысячелетним дубам – и к тому, что дремлет под их корнями. С драконьих дорог сворачивали только мечтатели и те, кому было что скрывать.

Китрин вспомнила утомительный путь в снежных заносах и тогдашних спутников. Мастер Кит и труппа актеров. Тимзин-караванщик с его проповедями за ужином. Торговец железом, вечно затевавший споры. Кэри, Микель, Шершень и Смитт. И Сандр, с которым она целовалась и едва не дошла до большего. И Опал. Если бы снегом не занесло перевал у Беллина, Китрин бы никогда не познакомилась с ними по-настоящему. Караван ушел бы напрямую в Карс, как и собирался, и не свернул бы с драконьей…

Сердце забилось чуть ли не раньше, чем она сообразила почему. План явился ей сам собой, будто его вычертили на внутренней стороне черепа, пряча за занавесом до последнего мига. Перед ней развернулось простое, очевидное, совершенно ясное решение проблемы Пыкк Устерхолл. Китрин остановилась посреди улицы и облегченно рассмеялась.

Контора не располагала помещением для нотариуса, поэтому Пыкк занимала квартиру через две улицы от банка, между второсортной баней и лавкой мясника. На двери из тяжелого дуба красовался чугунный дверной молоток в форме собачьей головы. Разгадывать символизм такого сочетания Китрин даже не пыталась. Голос Пыкк из-за двери звучал приглушенно и невнятно, но, как только выяснилось, что Китрин не сборщик налогов и не грабитель, засов лязгнул, и дверь со скрипом повернулась на кожаных петлях.