Книга Кровь хрустального цветка, страница 185 – Сара А. Паркер

В карих глазах Бейза вдруг отражается омут сочувствия.

— Ты не знаешь, каково там, Орлейт. Ты понятия не имеешь, с чем имеешь дело.

— И кто бы в этом был виноват? Кто держал меня в неведении девятнадцать сраных лет?!

Я отталкиваю его и наношу удар.

Клинок Бейза со свистом рассекает воздух, отбивает мой в сторону, снова проезжаясь режущим ухо звоном по моим нервам. Я рычу, напитывая себя им, разворачиваюсь и нападаю с другого угла.

Бейз уклоняется.

Пусть меч деревянный, но, когда он рассекает развевающуюся полу рубашки, он так же безжалостен, как сталь, оставляя дыру, обнажая гладкие мышцы, заключенные в идеальную оболочку фарфоровой кожи.

На мгновение мне кажется, что Бейз намеренно почти дал мне выпотрошить его. Но потом я поднимаю взгляд и вижу, что он безмерно удивлен…

Похоже, новый меч не так уж и плох.

Перекидывая его из руки в руку, я зарываюсь ступнями в песок, но стараюсь не нагружать правую ногу.

Бейз вдруг бросает взгляд на мое запястье и мрачнеет.

— Они тебя ранили?

Я закатываю глаза:

— Ты что, настолько плохого мнения о себе как о наста…

Меч Бейза мгновенно бьет меня плашмя по правому бедру, посылая разряд боли вниз по раненой ноге. Я вскрикиваю, когда колено подгибается. Бейз разворачивается, увлекая следом мою руку с мечом и заламывая ее мне за спину.

— Мне казалось, я учил тебя всегда защищать слабое место, – злится Бейз, обездвиживает мою вторую руку и срезает повязку плавным движением клинка.

Темно-синяя лента падает на песок.

Разглядывая полумесяцы отпечатков зубов, Бейз вдруг смеется.

— Ты что, оставила ему угощение на дорожку?

То, как он быстро разобрался в ситуации, меня чуточку настораживает.

— Да… знаешь, да. – И я с силой опускаю на его босую ногу жесткий ботинок – то, чего он по привычке от меня не ожидает.

Взвыв, Бейз отстраняется ровно настолько, чтобы я смогла высвободить руку. Вывернувшись из его хватки, я ныряю вниз и подбиваю ему колени рукоятью меча.

Бейз камнем валится на песок и глухо стонет, когда я впечатываю колено ему в грудь. А потом давлю всем весом и приставляю острие клинка к сердцу.

Внутри все вскипает, и я мельком оглядываюсь. Мы полностью скрыты акульим оскалом скалы, обоих моих стражей нигде не видно.

На пляже только мы, ни одного свидетеля моей победы, кроме уязвленной гордости Бейза.

Я смотрю на его руку, держащую меня за колено, словно он прикидывает, как бы меня спихнуть. Схватив его кольцо, я вижу, как расширяются его глаза и кровь отливает от щек.

— Всегда защищай свое слабое место, верно?

— Орле…

Я тяну.

Изменение происходит мгновенно, и вид потрясает настолько, что я отшатываюсь от безопасных скал, оставляя Бейза под их защитой.

Я едва могу дышать, потому что я совсем его не узнаю.

Ни капли.

Его волосы такие белые, что светятся сами по себе, уши заострены, внешняя сторона раковины усеяна такими же хрустальными шипами, как и у меня. А его глаза… они большие и круглые.

Они напоминают мне мальчика.

Но они, словно под мутной водой, потеряли блеск. А черные круги под его глазами теперь превратились в темные впадины.

Я опускаю взгляд ниже, и воздух застревает в горле.

Сердце замирает.

Каждый видимый сантиметр жемчужной кожи Бейза – кроме незнакомого, прекрасного лица – покрыт шрамами. Испещрен следами крупных и мелких укусов. Некоторые имеют форму идеальных полумесяцев, другие настолько рваные, что я даже представить боюсь, как долго они заживали.