Книга Мечты и пичальки, страница 34 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Вика встретилась взглядом с Никсом, сидевшим напротив неё. Тот покраснел и виновато отвёл глаза.

— Я просто жила в маленьком рыбацком посёлке на другом краю Осколка, вот он меня в городе и не видел, – повторила Вика ложь, в которую в своё время не поверил Никс. Она очень надеялась, что на этот раз у него хватит ума промолчать.

— Это правда? У вас есть такой посёлок? – обратился майстер Йенс к Никсу.

Тот ещё сильнее покраснел и кивнул, не поднимая глаз.

Глава Совета темноходов хмыкнул, и было совершенно непонятно, поверил он или нет.

— И ты говоришь, в Фортугу пошла потому, что твоя тётя пропала и ты решила попросить помощи картографа?

— Да.

— А откуда тебе известно про картографа?

— Слышала, как люди болтали.

— Какие люди?

— Да много кто, – делано небрежно ответила Вика. – Сейчас и не вспомню.

Майстер Йенс опять хмыкнул, и снова создалось впечатление, что ответ вызвал у него ещё больше подозрений.

— А теперь насчёт осколка Сердца Восьмирья, – проговорил он. Вика выпрямилась на стуле и замерла от страха. – Те бандиты, у которых мы тебя нашли, уже сутки просидели в яме. Но по-прежнему утверждают, что у тебя был этот самый осколок.

Вика вопросительно подняла брови, словно спрашивая: «Ну и что?»

— Яма – это такая шахта в земле: узкая, тесная, там можно поместиться только стоя и двигаться практически невозможно, – пояснил майстер Йенс. – И она заполнена Тумарьем. Даже самый опытный темноход не выдерживает там больше дня. Когда идёшь по Тумарью, ты знаешь, что рано или поздно выйдешь, и это помогает. Когда тебя сажают в яму, ты понимаешь, что идти некуда и выхода нет. Если они даже после суток в яме продолжают утверждать, что осколок у тебя был, значит… значит, как минимум, сами в это верят.

Повисла многозначительная пауза. Глаза всех, кто был за столом, уставились на Вику. Сердце девочки, казалось, выделывает сумасшедшие кульбиты, прыгая от пяток до горла и обратно, а мысли в голове разлетелись, словно стая испуганных голубей.

В отчаянной надежде на помощь и поддержку Вика взглянула на Маркуса, но тот был единственным, кто так и не оторвал глаз от тарелки.

— Так что скажешь? – нарушил густую, словно варёная сгущёнка, тишину голос майстера Йенса.

Вика буквально кожей ощущала, как утекают секунды, а вместе с ними – и терпение главы Совета.

— Я… – начала было она, сама не зная, что собирается сказать, и тут звенящую тишину столовой нарушил громкий вопль.

Испуганная Вика не сразу поняла, что это вопил Никс. Он так резко выскочил из-за стола, что опрокинул стул, и не переставал кричать – громко, безостановочно, отчаянно дрыгая ногами и лихорадочно срывая что-то с себя руками.

Темноходы как один подались назад, подальше от Никса и неизвестной опасности. Никто не спешил ему на помощь.

Напуганная внезапным шумом Ванилька взлетела под потолок, чтобы наблюдать за происходящим с безопасного расстояния.

Вика сначала тоже отскочила было назад, но почти сразу же подбежала к бешено извивавшемуся Никсу. Но даже оказавшись вблизи, понять, что происходит, она так и не смогла.

— Что такое? Что с тобой? – выкрикнула Вика, пытаясь перебить вопли Никса.

— Ай, щекотно! Снимите её с меня! Снимите! – наконец произнёс первые членораздельные слова Никс.

— Кого? Кого снять?

— Её! Её! – взвыл Никс, ожесточённо хлопая себя то по рукам, то по груди, и стало ясно, что добиться от него внятного ответа не получится.