Книга Записки о сломанном мире 2, страница 29 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

А вот Катрин явно впечатлилась картиной. Она ведь и запахи чувствовала в полной мере, всю эту чудовищную какофонию. И судя по звукам, её начало натурально выворачивать от открывшегося.

— А ну прекрати! — завопил боевик. — Заткнись, я сказал!

Так. Последние ступени…

Катрин всё-таки вырвало — прямо на остатки платья. Бандит держал её за волосы, прижимая к горлу девушки свой клинок. Похоже, руки у него тряслись, потому что на светлой коже девичьей шеи выступило несколько капель крови. У самого мерзавца глаза были совершенно белые.

— Ты меня слышишь, спасатель⁈ — выкрикнул он, и я использовал мгновения этого крика, чтобы сделать последний шаг к нему навстречу и нанести аккуратный удар по высоко задранному правому локтю, полностью отсекая сустав.

Отрубленная кисть со всё ещё зажатым клинком со звоном упала на пол.

Мерзавец завопил, глядя на короткую культю, которая осталась от руки.

А Катрин вдруг оскалилась и изо всех сил треснула его затылком в нос.

ОГЛЯНУТЬСЯ ВОКРУГ

Боевик захрипел и завалился навзничь, со всей силы треснувшись затылком об пол. Я шагнул ближе, заглядывая ему в лицо. Вроде, дышит. Но кровь продолжала толчками вытекать из обрубка. Если дело пойдёт таким образом, потеряю я последнего живого преступника.

Девушка осела на пол прямо там, где стояла. Она крупно дрожала, пытаясь стянуть на себе обрывки платья.

— Мисс Катрин! Катрин, вы меня слышите⁈

Она испуганно оглянулась по сторонам:

— Кто это?

— Мисс Катрин, я инспектор Департамента, Андервуд. К сожалению, я могу оказать вам только словесную поддержку. Мой артефакт не позволяет мне проявиться, и я не могу выпустить его из рук, прошу простить.

— Ничего, мне уже лучше.

— На самом деле мне придётся самому просить вашей помощи. Этот мерзавец, что пытался взять вас в заложницы — последний живой бандит, которого хорошо бы допросить.

Она оглянулась на дёргающееся тело. По лицу пробежала целая гамма эмоций.

— Вы можете воспользоваться лечебной магией? — мягко, боясь, чтобы с девушкой не случилась истерика, продолжал настаивать я.

— Нет. Этот… он что-то сделал со мной.

— Досадно, потому что я сейчас не могу тоже. Опасаюсь, что сюда может заявиться их подкрепление. Если я прекращу действие моего артефакта сейчас, повторно воспользоваться им уже не получится, и мы останемся беззащитны.

Катрин резким движением провела ладонью по лицу, словно стирая следы растерянности:

— Я поняла. Сейчас. — С этими словами она ловко оторвала от изрезанного подола длинную полосу и перетянула боевику обрубок руки, останавливая кровь. — Готово. Жить будет. На пару допросов точно хватит.

— Я чрезвычайно вам признателен.

— Пустое. — Она поднялась, стараясь держаться ко мне той стороной, которая была хоть сколько-то прикрыта. — Скажите, инспектор, а где… тот?

— Уверяю вас, мисс, он больше никого не побеспокоит.

Лицо Катрин исказилось, словно от боли:

— Вы видели, что этот подонок сделал с Торси?

— Да. И, к сожалению, ещё несколько жертв его безумия.

— Они здесь? — цепко спросила она.

— Да этажом выше.

— Он… — Катрин заговорила с трудом, — угрожал, что превратит меня в игрушку…

— Мебель. Он делал из них мебель.

— Мразь!

— Я крайне сожалею, что поиски преступника оказались столь долгими. Могу вас заверить, его смерть не была лёгкой.