Книга Записки о сломанном мире 2, страница 31 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Но не успела она последовать моему совету, как из глубины лестничной клетки донеслась ругань и всё более внятные крики, в какофонии которых мне удалось разобрать голос Харрисона. Он приближался в первых рядах, и вскоре мне удалось различить:

— Андервуд! Отзовитесь! У вас всё в порядке⁈

Приятно, клянусь Разломом, когда шеф настолько железобетонно уверен в твоей неубиваемости. Но немного тревожно.

— Я здесь, сэр! — крикнул я, едва завидев его фигуру, протискивающуюся сквозь узкий створ заклинившей панели. — Идите сюда, за ширмы!

Он обернулся назад, распорядился о чём-то и поспешил в мою сторону — впрочем, продолжая меня не видеть.

— Сюда, идите к первому столу, — позвал я его уже негромко, едва он скрылся от остальных глаз.

— О, небо! Уилл! Вы меня напугали. Не хотите пока выпускать артефакт?

— Опасаюсь возможного повторного удара. Как видите, этот маньяк был связан с целой организацией.

— Тоже верно. Перестрахуемся, — согласился он, хватко оглядывая эту часть помещения.

— Тот, который валяется внизу со жгутом на руке, жив, — предупредил я на всякий случай, — и его можно допросить. Мне жаль, что это единственный живой задержанный.

— Отнюдь, мой друг! — Харрисон хохотнул. — На лестнице вы, конечно, устроили знатный фарш, но у самой верхней двери мы обнаружили ещё одного живого. Он, безусловно, здорово повреждён, но Филлипс уже оказывает ему первую помощь. Да и этого подправит. Мне интересно поговорить с обоими вдумчиво, чтобы они на первом же допросе дуба не врезали.

Нас прервал резкий скрежет, перешедший в щелчок, и звуки с лестницы сразу стали слышнее. Похоже, дверь-панель расклинили и наконец открыли. Я выглянул из-за ширмы — точно! И теперь страшно ругающиеся парни из Второго отдела с помощью каких-то помаргивающих приборчиков занимались сортировкой человеческих останков по индивидуальным кучкам.

— Шеф, скажите им, чтоб ругались потише. Здесь всё-таки дама.

— Эй!!! — тут же рявкнул Харрисон, привлекая всеобщее внимание. — А ну, выбирайте выражения! Здесь дама! — и тут же начал озираться: — Катрин жива⁈

— Мисс Катрин! — позвал я. — Можете выйти, всё хорошо, это наши сотрудники.

Командор Катрин показалась из-за тумб, исполненная строгого достоинства, несмотря на странный костюм и босые ноги, и по-мужски протянула руку Харрисону для приветствия:

— Здравствуйте, старший инспектор!

— Я страшно рад видеть вас живой и здоровой, мисс! — горячо потряс он её руку.

— К моей глубокой скорби, мы не можем сказать этого о Торси, — Катрин повела Харрисона к столу, накрытому простынёй, а следом описала всё произошедшее, чему была сама свидетельницей. Мне оставалось только вставлять кое-какие дополнения, а затем описать произошедшую схватку.

К моему удивлению, к концу рассказа я так устал, словно целую телегу кирпича выгрузил. И это не укрылось от Харрисона:

— Я чувствую в вашем голосе утомление, — безапелляционно заявил он. — Эфирное состояние никому не даётся слишком легко. Скоро вы с ног начнёте валиться.

Вот как! Значит, идея проходить несколько суток с «Улыбкой бога» в руках заведомо была обречена на провал.

Шеф тем временем снова высунулся из-за ширмы и крикнул:

— Райдер! Не в службу, а в дружбу, поищите какую-нибудь обувь! У нас тут дама босиком! — и тут же пояснил мне: — Едем в департамент. Здесь разборок хватит до завтрашнего вечера, вы не сможете столько выдержать.