Онлайн книга «КОМСОМОЛ-1»
|
И пока эти образы ворочались в моей гудящей голове, давешний солдатик подскочил и, разевая рот в крике, всадил выстрел из «Панцерфауста» прямо в корму вражеской машины. Меня толкнуло в грудь раскалённым воздухом и откинуло назад. Неожиданно ясно подумалось: а когда читаешь учебник по военной медицине, контузия кажется не такой уж и страшной… Бессердечная ты сука. Кто? Контузия, мать её… * * * В голове теперь не просто жужжало. Казалось, там били колокола — огромные, как на главной Иркутской звоннице. Нету сил терпеть. Давай уже… Я зажмурился, чтобы лучше осознавать манопотоки, и сформировал простейшее целительное заклинание. На себя. Только вместо отсутствующей зелёной энергии прихватил неизвестную, сиреневую… Внутренне сжался, ожидая худшего. Нет? Кажется, гул меньше стал. Сильно меньше! Во всяком случае, я начал разбирать внешние звуки. Совсем рядом кто-то кричал: «Вставай!!! Вставай!!! А-а-а!!! Да вставай ты, тварь! Ещё ничего не кончилось!» Это мне? Я заставил себя подняться, цепляясь за стенку и опираясь на винтовку, словно на костыль. Легче! Натурально стало легче! Или… Или я схожу с ума? Эта новая мысль пришла ко мне, когда я увидел, кто кричал. Полупрозрачный солдат тормошил лежащее тело, не обращая внимание на пятна крови, растекающиеся по его гимнастёрке. Как две капли воды похожее на него самого лежащее тело. Я таращился на него в совершенном ступоре, и тут он, обернувшись ко мне, попросил: «Помоги!» Был ещё вариант, что я тоже умер. Однако против этого свидетельствовало отсутствие валяющейся моей же тушки. Или не всем дано такое видеть? «Да что ж ты колом встал⁈ — рассердился вдруг прозрачный солдатик. — Они идут!!!» Если мы умерли — уже плевать! — философски заявил Зверь. — В самом деле, — пробормотал я, зачерпнул полной горстью сиреневую дымку и щедро «плеснул» в погибшего. Окровавленный боец неловко дёрнулся, а его полупрозрачный двойник радостно вскинул голову и с воплем: «Спасибо, разведка!!!» — втёк в поднимающееся тело. Не обращая внимания на череду дырок в развороченной груди, он передёрнул затвор винтовки и лёг в свою ячейку: «Ещё повоюем!» Охренеть, дела творятся. Полностью согласен. Однако остаётся открытым вопрос: умерли мы или нет? А не наплевать ли уже? Тоже верно. А чё тогда тупим? Я прислонил винтовку к стенке окопа, обеими горстями зачерпнул разлитой всюду странной энергии и плеснул себе в лицо. И даже, кажется, вдохнул… — Могу стоять, — удивлённо сказал я вслух и пошёл дальше по окопу, не вполне понимая, реальный это мир — или уже потусторонний, в котором призрачными осколками отражаются последние воспоминания погибших? «Бегом! Бегом, разведка! Ходит, понимаешь, как по бульвару!» — заорали из-за поворота окопа, так что я невольно перешёл с шага на бег. Выскочил к пулемётному гнезду и словно в стену влепился. Около перевёрнутого взрывом пулемёта стоял ещё один призрак (или душа?). А внизу, у его полупрозрачных ног, тоже лежало его тело. Вернее то, что от него осталось. Только верхняя половина. А остальное было раскидано вокруг кровавыми ошмётками. «Дай ленту добить, — напористо потребовал призрак и ткнул полупрозрачным пальцем в пулемёт, — там же ещё больше половины!» — Да как же, братец? — развёл я руками. «Помоги, мишка! Я же вижу, ты можешь!» |