Онлайн книга «КОМСОМОЛ-1»
|
12. ЛОСКУТНОЕ В КОМПАНИИ-ТО ВСЯКО ВЕСЕЛЕЕ! Южная Моравия, в полях у Славкова-у-Брна 7 января 1948 года, утро Аркадий И тут мимо меня проскакал МЛШ «Визель»*. А чуть в стороне — ещё один! *Ласка (животное, нем.) Оба отстрелили в сторону «Мюрата» по несколько гранат и закружились вокруг него, словно балерины. Узнаю венскую шагоходную школу! Третьим в поле моего зрения выскочил древний немецкий СБШ* «Вольф**», но несколько изменённой конструкции. *СБШ – средне-бронированный шагоход. **Волк (нем.) На «загривке» его корпуса были установлены более современные, хоть и безмагические ракетные установки. Вольф на секунду замер и рявкнул парой выстрелов. В сторону франка рванулись дымные хвосты ракет, и пришёл ему северный пушной зверёк. Радиоэфир наполнился лязгающим немецким обменом информацией. Скорые МЛШ разбирались с остатками итальянской пехоты. «Вольф» прижучил огрызающиеся «Рено». Неужто всё? Я заглушил двигатель и вытер вспотевший лоб. Жив, что ли? А «Визели»-то — молодцы, даром что смешные и горбатые! Вообще, зря мы над этой машинкой смеялись в училище. В условиях магического истощения её малая броня автоматически равнялась малому весу, и даже без рубиновых силовых контуров обычный двенадцатицилиндровый дизель разгонял шагоход до вполне приемлемых шестидесяти километров в час. Хотя, конечно, силуэт у него… Не умели в дизайн дойчи. Поначалу, во всяком случае. Потом-то — опять же, на их «Пантеры» и «Тигры» посмотреть — хороши! Своеобразная угловатая красота, но всё же. Мысли перескочили на папанину трофейную «Пантерку», которая уже лет восемь покидает ангар только для исторических парадов. Что поделать — даже самое совершенное оружие устаревает. Хотя дядя Хаген иногда ходит, гладит ладонью её опоры и если, как он думает, никто не слышит, шепчет на дойче — «Погоди, настанет ещё твоё время! Мы им всем нос утрём! Ты только подожди!» И тут мои размышления совершенно беспардонным образом прервали, заколотив по опоре чем-то железным: — Эй, на «Гвидоне»! — Что характерно, кричали по-русски. — Жив, что ли? Пусти в теремок! Наши! Я нажал кнопку разблокировки люка и опустил шагоход в походное положение. Иначе-то как? Башня десятиметровая стальная, хрен залезешь. В кабину бодро протиснулся незнакомый сотник. — О! Молодца, казак! В одного управился? — кивнул он на дублирующую панель. — С другой стороны, жить захочешь — не так раскорячишься. Но всё равно — молодца! Бегаешь как? — На отлично. — Вот и ладно, я, значицца, за пулемётики сяду. Ага. Похоже, задачи на сегодня ещё не закончены. Я снова завёл двигатель, а сотник прыгнул на сиденье стрелка и принялся пристёгивать себя ремнями так споро, что я сразу одну поучительную историю вспомнил. Рассказывал отец как-то, что его в бытность на Японском фронте чуть по бронестёклам не размазало, про ремни позабыл. Так он с тех пор даже на училищных «клопиках» пристёгивался. И на все подначки только добродушно ухмылялся: «Эх вы, молодёжь, ни разу не грамотная! Рисковать надо только там, где без риску никак. А тут — это просто предосторожность. Лучше перебдеть, чем потом перебздеть!» Так и тут сотник затянул себя ремнями (кстати, сильно быстрее чем я с ними корячился), оглянулся на меня и спросил: — Чего стоим, чего ждём? |